Не все желания должны сбываться

Ну нравится мне всё, что связано с фобиями. Любые запреты. Вот сказал Антоха, что в церковь лучше не ходить, значит, туда точно нужно попасть.

– Вика, – он догнал меня, бросив на землю свой потрёпанный велик, – не стоит.

– Но я хочу просто посмотреть.

– На что там смотреть? Двери заперты. Не станешь же ты ломать замок на виду у прохожих? – он развёл руками, показывая в сторону, где ходили люди.

Я скривилась. Да, тут он был прав.

– Ну блин, я хотела просто зайти внутрь.

– Не все желания должны сбываться, – философски произнёс Антон.

– Тоха, – я приподняла брови и усмехнулась. – У тебя режим занудства вообще выключается? Скучно, наверное, тобой быть?

Мальчишка обиженно надул губы и отвернулся.

– Я думал, ты не толпа, а ты точно такая же. Всё, что твоя психология не в состоянии объяснить, ты стремишься осмеять, – продолжал он заумную речь, поднимая велосипед.

– Да ладно тебе, не обижайся. Хоть я и ни черта не поняла, но поверь, обидеть тебя не хотела, – мне стало неловко.

Он пожал мою в ответ.

– Обидчивость мне не характерна. Я предпочитаю жить в равновесии, – спокойно ответил Тоха.

Я хлопнула себе по лбу.

Но, несмотря на его занудство, Антон мне чем-то даже понравился. Прикольный, разговаривает понятными лишь ему терминами. Но у нас с этим философом-занудой оказалось общего больше, чем с кем-либо в моей жизни.

– Бургеры есть твоя философия не запрещает? – кивнула я в сторону большой красной вывески.

– Нет, – обрадовался Антон. – Кстати, ты знала, что ещё несколько тысяч лет назад кочевники-скифы жарили куски говядины и ели её, положив между двумя кусками хлеба?

– Вот об этом и расскажешь мне, пока идём.

В бургерной, несмотря на разгар рабочего дня, народа собралось много, пришлось даже постоять в очереди. Я услышала, как где-то в толпе позвали:

– Витька!

И по инерции обернулась, удивившись.

– Ты кого ищешь? – не понял Антон.

– Да думала, меня зовут.

– Тебя? – ещё больше не понял одноклассник.

– Да. Дело в том, что меня дома все постоянно Витькой зовут, с лёгкой руки отца. Точнее, он отчим, но когда они с мамой поженились, я ещё мелкая была.

– Витькой? – глаза у Антона стали размером с очки.

– Да. То ли пацана так хотел, а досталась я, то ли из-за характера моего. Я с детства оторвилой была. Куклам бошки отрывала, операции им делала. Перестали дарить.