Не все желания должны сбываться

Когда мама приехала, нас с Машкой сначала попросили выйти. Директриса, видимо, хотела провести душещипательную беседу на тему сложностей подросткового возраста. Мы вышли и встали, как два стража, по разные стороны двери, сложив руки на груди и не проронив ни слова.

К нам подошёл Тоха.

– Что, девчонки, казнь ещё не состоялась?

– Присяжные совещаются, – я кивнула на дверь.

Машка только хмыкнула и отвернулась.

Тоха посмотрел на неё и достал свой телефон.

– Не в моих правилах вмешиваться в конфликты, но как говорил Чемберлен: «В войне не бывает выигравших – только проигравшие».

– Эта овца мне за всё ответит, – прорычала Барбоскина, тряхнув своими бело-розовыми хвостами.

– Овца у тебя в отражении, – не сдержалась я.

– Брейк, девочки, – Тоха даже руки развёл, как рефери. Он повернулся к Машке. – У меня деловое предложение. Ты прощаешь свою одноклассницу, а я удаляю видео из телефона. Оно, конечно, фигового качества, но понять, кто там, а главное, с кем, можно.

– Какое видео? – недовольно соединила брови Машка.

– Где тебя угощают сигаретой. А ты и не отказываешься.

Машка дёрнулась вперёд.

– Телефон, сюда! Ты труп!

Я встала между ней и Тохой. Это реальный шанс. Либо того, что Тохе разобьют телефон, либо моего спасения. И громко, с паникой в голосе, закричала:

– Маша, не трогай его! Он тебе ничего не сделал! – И ехидно усмехнулась.

Тоха поправил очки и показал одобряющий жест большим пальцем, поднятым вверх.

– Вы, вы оба трупы. – Теперь она стала похожа не на Барбоскину. Скорее, на гадюку, шипящую в отчаянии. – Вы поняли?

В этот момент из кабинета директрисы выскочили все трое: наши мамы и сама руководитель школы.

– Что происходит? – возмутилась первой она, на правах старшей.

– Я не знаю, – пожал плечами Тоха. – Я лишь хотел своей подруге, Виктории, показать видео о вреде курения. Мария расценила это, как оскорбление. Видео интересное, между прочим. Я могу показать.

Тоха начал разблокировать смартфон.

Моя мама повернулась к директрисе.

– А это кто? – кивком головы указала она на Тоху. – Тоже участник конфликта?

– Нет, что вы, – директриса вскинула руки, – это Антон Стриж, гордость и одновременно головная боль нашей школы и системы образования в целом. Победитель всех возможных олимпиад. Правда, на каждой упорно старается доказать несовершенство программы.

Машка побелела, глядя, как Антон делает свайпающие движения по экрану мобильника.