Мой рыжий грех

Он просто прижал меня к стене, продолжая сверлить своими бездонными глазами. Свет вновь погас. Глеб уткнулся носом в область виска, одной рукой обхватив мою голову, и вдыхал запах моих волос. Я боялась сделать вдох. Боялась саму себя. Своих ощущений. Ведь нет, мне не захотелось его оттолкнуть, выгнать, сказать банальное «это неправильно». Мне было страшно спугнуть этот момент. Я наслаждалась. Сначала – тем, как он робко целовал мне мочку уха, шею, и я закрыла глаза. Позднее – поцелуи стали смелее. Как и руки. Внизу живота стало тяжело, его стянуло в ожидании.

И тут у него зазвонил телефон… Как в самой паршивой комедии. Он торопливо достал телефон, не глядя на экран, сбросил вызов и убрал его обратно в карман. Он не отрывался от моих губ.

Но телефон зазвонил снова. Конечно, я не сдержалась, глянула на экран. Там высветилась надпись: «Мама».

Твою ж мать! Этот вызов в один миг отрезвил. Что я творю? Я ведь сама ему в матери гожусь, а горю под его руками, как девчонка пятнадцатилетняя!

Глеб снова сбросил вызов и прижался ко мне.

– Это неправильно. Пожалуйста, уезжай.

– Я не хочу.

– Езжай, мама волнуется.

– Я сам решу.

– Глеб! – я была непреклонна.

Он посмотрел на меня внимательно и с удивлением, даже, скорее, с обидой, но ничего не ответил. Просто вышел.

Я стояла в пустом тёмном коридоре, пытаясь понять саму себя.

Что это было? И почему у меня до сих пор ноет тело? Я приложила палец к губам, которые только что отвечали на поцелуи молодого парня. Медленно побрела в спальню и, не раздеваясь, упала на кровать. Пока мозг занимался самобичеванием, тело требовало продолжения, оно было на взводе. Я опустила руку вниз, кажется, там всё пульсировало в такт сердцу, стук которого отдавал в виски.

Закрыла глаза, в надежде провалиться в сон и всё забыть. Но в полной темноте фантазия заходила куда дальше, чем получалось в реальности.

Раздался звонок в дверь.

Я по инерции схватила телефон, посмотрела на часы: время за полночь. Кому приспичило? Только если Лерка умудрилась и с отцом поругаться. А это она умела. Вот сейчас я была бы даже благодарна, окажись это дочь. С ней точно будет не до глупых мыслей. Я соскочила с кровати, поправив платье, и пошла открывать дверь.