Мой рыжий грех

Я не раз пыталась поговорить о том, что пора бы заняться учёбой, думать о карьере. Но она молча напяливала наушники и уходила в свою комнату.

Читать нотации о том, что нужно было позвонить, – бесполезно. Да и не по телефону это делается. Я сбросила вызов и включила поворотник. Нужно было подготовиться к приезду дочери. Уж какие вкусняшки она любит – я ещё помнила. Хотя, теперь я уже ни в чём не уверена.

Не заметить приезда Леры было невозможно.

Грохот и то, что она называла музыкой, доносилось из портативной колонки.

Я с недовольством смотрела, как она ногой захлопывает входную дверь.

– Здравствуй, дочь, – я сделала шаг навстречу.

Но Лера жестом остановила:

– Привет. Давай только «яжмать» включать не будем. Не сейчас. Я спать хочу.

Она поволокла рюкзак мимо меня в сторону своей комнаты. Я хотела возмутиться. Потом – позвать пить чай. Но я только убрала грязные берцы в сторону и пошла на кухню в одиночестве. Провожала меня лишь музыка из дочкиной колонки.

Спустя два часа я не выдержала и зашла к дочери в комнату, без стука.

Она лежала спиной ко мне. И, так как кровать находилась напротив двери, я увидела, что она общается по видеосвязи с каким-то парнем. Тот тоже заметил меня, о чём тут же сообщил Лере.

– Ладно, давай, – весело попрощалась она с собеседником. – Потом ещё созвонимся.

– Твой парень? – дружелюбно спросила я, когда она отложила телефон и села на кровати, развернувшись ко мне.

– Нет. Но тебе какое дело? – недовольно пожала плечами дочь.

– Лер, – я была настроена пообщаться с дочерью, – ну что такое? Почему ты мне грубишь, на пустом месте?

– А разве не я для тебя пустое место?

– Дочь, – я присела рядом, – ты чего? Ты же моя дочь.

Лера смотрела на меня с вызовом. За время своего отсутствия она успела покрасить волосы в голубой цвет, что ей даже шло. Хоть мне и сложно было принять эти её эксперименты. Но лучше уж это. Проколотые нос и язык до сих пор приводили меня в молчаливый ужас. Так и хотелось возмутиться, как в первый день: «Ты же девочка».

Правда, со временем смирилась и с этим. Но не привыкла.

– А с чего ты вдруг вспомнила, что у тебя есть дочь? – Лера сидела, скрестив ноги и откинувшись на спинку кровати. – Только когда отец свалил?

Вот это было больно.

– То есть ты в курсе?

– Да, мам, – она выпрямилась. – В отличие от тебя, отец мне часто и звонит, и пишет. Он помнит, что у него есть ещё и дочь. А не только сын, который непонятно где.