Богатырская работенка

Пытаться проломиться сквозь стоящие сплошной стеной у заднего бампера его джипа кусты терновника глупо. Они и коня на скаку остановят.

Стараясь скрыть разочарование, я развернулся на сто восемьдесят градусов и вернулся к лежащему у обочины велосипеду.

– Погодка – отпадная, – изрек небритый, сплюнув под ноги. – Может на рыбалку съездим?

– Почему бы и нет? – пожал плечами Гриша, поворачиваясь к приятелю.

Воспользовавшись удобным случаем, я решил, как говорится, «рвать когти». Рискованно, но… Вскочив на велосипед, я направил его на извилистую тропинку, сбегающую по довольно крутому склону к кринице на дне оврага, и налег на педали.

Колесо вильнуло на какой-то встречной кочке, которыми богаты не только наши дороги, но и торные тропинки. Велосипед устремился в заросли волчьих ягод, причем заднее колесо стремилось больше.

Проломившись сквозь густое переплетение веток, богато усеянных красными ягодами, я расстался с велосипедом.

Кувыркаясь, я одной рукой закрыл лицо от веток, хлещущих не хуже иного экзекутора с розгами, одновременно оберегая очки от падения. Если я их потеряю, то придется бродить на ощупь. Двумя руками закрываться, конечно, удобнее, но разжать пальцы и выбросить бесполезный руль не хватило духа.

– Ну, козел, доигрался! – доносится полный ярости крик Гриши. Я невольно удивился нелепой аналогии. Козел? Да с моим стилем движения меня разве что с ежиком, которого пнули для повышения летных свойств, сравнить и можно. Ну еще с зайцем. Это в том смысле, что уплетаю со всех ног. Но с козлом?..

– Ату его, братишка! – подзадорил приятеля любитель недельной щетины.

Склон закончился, и я с плеском влетел в ручей. В нем-то и воды хорошо если по колено, а накрыло с головой.

За спиной мощно взревел мотор, затрещал кустарник, и я с ужасом понял, что рев и треск приближаются. Причем весьма быстро. Этот идиот устремился в погоню на джипе.

Как был, на четвереньках, так с низкого старта я рванул прочь.

А джип, с легкостью проламываясь сквозь густое переплетение кустарника и лавируя между редкими деревьями, оглашая при этом окрестности ревом двигателя и истерическим женским визгом, быстро приближался.