Соня. Улыбка Бога

Но руку кормящую, чисто из солидарности, считал нужным поддержать.

– Хорошо. – Девушка быстро вытерла глаза. – Вы долго планируете еще здесь быть?

Закончив со спиной и животом, начала внимательно осматривать лицо. Псориазные бляшки еще были крупными. Но уже не такими пугающими. По моим подсчетам, еще три, максимум четыре недели, и болезнь можно будет считать загнанной в так называемую ремиссию.

– Подумываем, чтобы здесь остаться. – Глаза Яли заискрились неподдельной радостью. – Не дергайся.

Стоило мне это произнести, как дверь с грохотом распахнулась.

– Убери ру…

В комнату влетела высокая, с огромной скалкой наперевес женщина, и замерла. Кайли заплакала. Ронни вздыбил перья и растопырил крылья, защищая ребенка. Я, пережив первый шок, только и смогла спросить:

– Вы кто?

– Мама?! Ты здесь откуда?

Глава 4. А жизнь то налаживается

Соня

– Стоять на месте!

Команда прозвучала четко, и очень убедительно.

– И чтобы никто не двигался, пока я не закончу!

Магия в центре груди взбунтовалась. Пришлось сосредоточиться, потратить несколько секунд, чтобы усмирить разбушевавшуюся от испуга энергию. Благодаря потрепанной брошюрке, по «замедлению» магических потоков и йоге, с проблемой «неконтролируемых всплесков» я научилась справляться довольно быстро и, что гораздо важнее, эффективно.

– Если мазь попадет на здоровую кожу, – повторила, уже для неожиданной гостьи, – останутся пятна. И вряд ли я смогу их вывести с лица вашей дочери.

Посетительница замерла. Мать Яли была женщиной интересной. Мраморная кожа, пухлые губы, яркие, синие глаза, статная фигура. На ее солидный возраст намекали только несколько морщинок в уголках глаз и слегка обозначившаяся носогубная складка. Если Яли, взяла хотя бы половину от внешности своей матери, то передо мной стояла настоящая красавица.

– Что вы делаете?

Женщина вошла внутрь и тихонько прикрыла за собой дверь. Ронни фыркнул. Судя по восторженному смеху Кайли, снова вернулся к обязанностям няньки.

– Пытаюсь избавить вашу дочь от псориазных бляшек. – Повторила «на автомате».

Работать с лицом Яли я откровенно боялась. Оно требовало максимально трепетного к себе отношения и фактически ювелирных движений.