Соня. Бежать любой ценой

– А если я откажусь участвовать в отборе?

– Формально дейр никто и не заставляет это делать. Но в случае отказа девушка обязана покинуть род. А без магической подпитки она умирает как обычный человек. – Пожал плечами бог смерти. – От старости.

Звучало не так уж и плохо. Вариант устроится среди обычных людей, сейчас не казался мне таким уж плохим. Лучше, полноценная человеческая жизнь, чем участь суррогатной матери по вызову.

– Только тебе никто не даст отказаться. За Софи слишком много заплатили. Даже если ее, точнее, тебя, не выберет Дариш, то отец передаст дочь в дом Байродов.

– Повезло мне с родственниками. – Хмыкнула и посмотрела на свои руки. Длинные, тонкие пальцы, идеальный маникюр, нежная кожа. А ведь настоящая Софи стройностью не отличалась. – А никого не смущает, что мы с вашей протеже несколько разного типажа?

– О, я подумал, что в собственном теле тебе будет гораздо комфортней. – И на том спасибо. Худеть до нормального размера никак не входило в мои планы. – Мы полностью заменили все воспоминания о настоящей Софи.

– Какая?

– Твоя внешность не считается здесь привлекательной. Слишком уж худовата.

– Вот это я уж точно как-нибудь переживу. А что с магией?

– В смысле? – Прикинулся дурачком верховный Бог.

– В прямом. Как я буду жить без магии в магическом мире?

Боги подозрительно нахмурились. А в моей голове уже начали проклевываться воспоминания Софи об отборе. А еще о том, что одним из этапов этого самого отбора является секс.

Это первый и фактически единственный этап отбора. Потом должен состояться «заключительный конкурс». Где претендентки, покоренные магом, будут сражаться за его внимание в творческом конкурсе. А потом, они с супругой, сделают свой окончательный выбор. Вы такое слышали? Вот и я нет. А еще участвовать в этом я не собиралась.

– У женщин нет магии. – Еще раз повторил Арканат.

– Но была же. Если мужчины могли забирать силу у магичек, почему я не могу сделать то же самое? В конце концов, я на участие в этом цирке не подписывалась!

В спальне повисла тишина. Если прислушаться, то можно было услышать, как противно скрипят шестеренки в их головах. Мыслительный процесс, он такой.

– Ну, – лениво протянул смертоносный малыш, – это было бы справедливо. И интересно. Будут еще какие-нибудь пожелания?

Много, много пожеланий.