Первая леди

Но я придерживалась несколько иных взглядов и очень спокойно отнеслась к услышанному. Моментом, выбившим почву из-под моих ног, стал тот факт, что Рик Стивенс увидел во мне безбожницу. И ладно бы это оказалось просто шуткой – мы с Фоминым возвели её в ранг действительности.

– Вы расстроены? – поинтересовался он после паузы. – Американцы не оправдали ожиданий?

– Всё в порядке, – я попыталась выбросить случившееся из головы. – В их поведении нет ни капли неожиданности. Просто… Боюсь, вам не понять. Это вопрос моих отношений с Богом.

Начальник управления проявил тактичность, избавив меня от ненужных объяснений. Тем более, начала поступать новая информация с Марса, и мы прильнули к бесконечному ряду цифр.

– Чужак ускорился, – задумчиво произнёс Фомин. – У нас в запасе не более пяти суток.

– А как по-вашему, есть хоть малейший шанс, что мы сумеем дотянуться до него ракетами?

– Полагаю, аналитики сделают соответствующие расчёты к вечеру. Но если так важно моё мнение, я бы не стал надеяться на чудо.

– Выходит, вы разделяете точку зрения Стивенса? – волей-неволей мне пришлось вернуться к заявлению американского президента.

– Не разделяю. Он говорит как трус. А мы будем биться и не смотреть на вероятности.

– Однако с вашей позиции они объективный критерий несостоятельности человечества. Ведь как атеист вы не можете рассчитывать на божью помощь.

– Я не могу. Но на планете десять миллиардов других людей. И большинство из них имеют на это право.

– То есть, вы верите в какую-то иррациональную силу, способную защитить нас от агрессора?

– Верю, – не раздумывая, отчеканил генерал-полковник. – И имя ей – непоколебимый дух человечества.

Мне показалось, что я сама начинаю сходить с ума – то ли от страха, то ли от обыкновенной усталости. И вся эта музыка иллюзорных высших сфер так и застряла на подступах к моему сердцу.

– Ладно, – я сделала глубокий вдох и обрела необходимое мне спокойствие. – А если без пафоса? У нас есть хоть какие-то козыри?

– Только один, – начальник управления сразу стал серьёзнее.

– То есть, это единственный экземпляр, к тому же не сертифицированный для использования?

– Да. Но у нас нет другого варианта. «Эдельвейс» не имеет аналогов в мире.

– И, конечно, США и Китай уже в курсе нашей разработки?

– Увы. Мир стал слишком тесен для таких секретов.