Истинная из прошлого

Ее бы стоило научить хорошим манерам…

– Покажи ей, Кость!

Я умру сегодня. И брат не узнает, что со мной случилось.

– Вы спятили? – сердитый окрик, мощный рывок, и вот я уже на ногах, прижатая к горячему мужскому телу, от которого исходят почти осязаемые волны ярости. – Вас одних ни на минуту нельзя оставить? Быстро по местам! Если хоть одного увижу на берегу, урою, ясно? Своих девок мало? Потянуло на человеческих?

Парень говорил не со мной, со своими, и я поняла – он тоже оборотень. Но вместо благодарности за спасение, вдруг почувствовала жестокую обиду.

– Ян, забей, мы просто пошутили, – вдруг заюлил Миша. – Ничего бы мы ей не сделали.

Я вдохнула терпкий аромат дорогого парфюма и попыталась вывернуться, но удерживающая меня рука напряглась.

– Пошутили? – музыка вокруг неистово орала, но мне казалось, что голос этого Яна должен слышать каждый, кто находится в зале.

– Мы уходим, – хриплый голос Константина.

Со скрипом отодвинулись стулья, и молодые оборотни шумно пошли прочь.

Я не верила, что смогла избежать худшего. Попыталась снова отстраниться, но замерла. В голову вдруг пришла мысль, что этот Ян может быть опаснее, чем его дружки. Ведь не зря они так испугались, когда он появился!

– Все в порядке, – произнес он мягко и сам отступил на шаг.

– Рита, – голос прозвучал так, словно я сейчас разревусь.

Попыталась ему улыбнуться и внезапно поняла, что щекам жарко не от испуга, а от слез, которые капля за каплей прочерчивают дорожки вниз. Попыталась их незаметно стереть и не смогла.

– Они сделали тебе больно? – голос парня прозвучал жестко, когда он поймал меня за руку.

Я замотала головой.

– Нет, что ты… вы… Мне нужно привести себя в порядок и работать дальше.

Сказала и испугалась снова. А вдруг и он решит заявить на меня права, что тогда делать?

Но Ян тут же отпустил мою руку и даже отступил на шаг.

– Не беспокойся, я прослежу, чтобы они здесь больше не появлялись.

Наверное, я покраснела, потому что его слова хоть и прозвучали спокойно и как-то покровительственно, но вызвали во мне совсем не те эмоции, которые были бы должны.