Истинная из прошлого

Так пришлось поступить после того, как я потеряла свои в третий раз и не смогла попасть домой, дожидаясь Сёму, который в тот день задержался у друзей. Вообще-то за все время это первый раз, когда они действительно мне понадобились, но предусмотрительность брата согрела сердце.

– Ты как?

Родной дом придал сил, и я даже смогла улыбнуться. Наверное, стоило сказать Яну, чтобы он уходил и оставил меня одну.

– Нормально. То есть, я хотела сказать, что чувствую себя… Неплохо. Приму душ, может, выпью и лягу спать.

Оборотень качнул головой, словно хотел мне что-то сказать, но промолчал.

– Ты… Иди. Я дальше сама справлюсь.

– Хорошо. Я могу попить воды? В горле пересохло?

– К-конечно.

Махнула рукой в сторону кухни, хотя не сомневаюсь, это место он найдёт и без моей помощи. Ярких запахов сейчас нет, но продукты должны были остаться. Пусть пьёт хоть чай, хоть воду, хоть готовит себе завтрак, все для моего спасителя.

В ванную буквально влетела, захлопнула за собой дверь и оперлась спиной на неё.

Постояла так совсем недолго, собираясь с мыслями, вздохнула и начала сползать вниз, захлебываясь слезами. На меня обрушилось все, что со мной случилось, все «возможно» и «если бы». Я ревела, жалея себя, с ужасом вспоминая каждый миг, когда прощалась с собственной жизнью.

Не с жизнью, но со своим будущим, ведь после произошедшего я просто не смогла бы дальше жить.

Пол был ледяным, но я всего лишь подтянула ноги, обняла колени руками, чувствуя, как слезы скатываются по щекам.

Нужно было раздеться и залезть в ванну или встать под горячий душ, но я никак не могла собраться с силами.

– Эй, ты там в порядке?

Стук в дверь выдернул меня из состояния ужаса.

Я не одна.

Меня никто не тронет.

– Да, все хорошо! – даже голос не дрогнул.

– Если что я на кухне.

За дверью раздались шаги, и мне тут же стало одиноко и холодно. Пришлось подняться, одежда мешала, порванная, она тянула меня в пропасть отчаяния. Я начала срывать её.

Выбросить, чтобы она не напоминала мне о том, что произошло.

Вода скользила по коже, но этого было недостаточно. Мочалка была грубой, ранила, царапала, но я продолжала тереть себя, отмывая от чужих прикосновений. Ожесточённые, резкие движения, запах геля для душа и хлорки в воде.

Мне не хотелось уходить, вода смывала слезы и чужой запах, следы неприятных прикосновений. Но рано или поздно приходиться уходить даже от того, что приносит удовольствие.