Не его пара

– А кто за это платит? – спросила я о том, что волновало больше всего.

– Как это кто? – удивилась женщина. – Конечно же, Константин Григорьевич!

Глава 3

Очень скоро надоело валяться. По телевизору шёл какой-то слезливый сериал, а пульта переключить канал, у меня не было. Звать кого-то, чтобы мне помогли, я не хотела, решив, что вполне могу справиться со всем сама.

Немного поплевала в потолок, размышляя, не сделаю ли себе хуже, если поднимусь, но к соплям с экрана начало примешиваться желание посетить туалет, и вот с ним было трудно бороться.

Так что я собралась с духом и откинула одеяло.

– Мамочки…

На мне была короткая сорочка, открывающая ноги, и то, что я увидела, испугало. Понимаю, что чувствую боль, но не думала, что все так страшно. Ноги покрывали многочисленные багровые синяки, пугавшие до чертиков. Я даже представить не могу, где бы еще я могла так покалечиться. Но как бы то ни было, сейчас этот кошмар был более чем реальным.

Тянуть больше сил не было, я решила встать, надеясь, что не сделаю тебе этим хуже.

Всё-таки я же попала в аварию, точнее, спровоцировала ее, это надо учитывать. Стиснув зубы, свесила ноги с кровати, чувствуя боль, которая извивалась под ребрами. Отдохнула, задержала дыхание и резко спустилась вниз, надеясь, что одно быстрое движение принесёт меньше болезненных ощущений, чем такое же, но растянутое во времени. От крика спасли только стиснутые зубы.

– Я сильная, я смелая, я храбрая… У меня всё получится!

Болело всё, причём болело настолько сильно, что я думала, а не лучше ли вернуться обратно? Заветная дверь манила, и я решила, что буду идти вперёд несмотря ни на что.

Понятия не имею, сколько у меня занял этот путь. Мне он казался бесконечным. Я дошла до ванной комнаты, опустилась на унитаз и уже там и разревелась. С одной стороны, я сделала то, что должна была, в этом даже сомнений нет. И вся эта боль – она оправдана.

Я сделала всё, что хотела, а потом поняла, что просто не смогу вернуться обратно. Интересно, когда врачи заметят, что меня нет на месте? Ведь они должны заметить?

Время, появившиеся из-за собственной гордости и почти детского «я сама», решила потратить с пользой, поразмышлять о будущем.

Когда выйду из больницы, сделаю всё, чтобы стать независимой. Пусть называют это как хотят, детством, играющим в одном месте, глупой гордыней, сумасбродством, но я всё равно хочу жить так, как запланировала. Брат может катиться куда подальше с его желанием выдать меня замуж.