Истинная для проклятых

Правда, мы постараемся быть нежными.

– Так вот ты какая, – ухмылялся брат, подбираясь к Насте, а она, поняв, какие у него намерения, испугалась и задрожала.

– Не надо! – попятилась она назад, пытаясь избежать моего прикосновения. Но было уже слишком поздно. Зверь учуял свою добычу и отпускать был не намерен.

– Надо-надо, малышка, – обошел ее Демьян, прижимаясь сзади. – Разве тебя не учили не гулять в лесу ночью одной? Серый волк может унести… – щелкнул он зубами, грубо прижимая ее за талию и рывком впечатывая в свое каменное тело.

– Отпустите… – в полнейшей панике потребовала она и сделала шаг вперед, тем самым впечатываясь в меня. Упругие холмики вдавились в мою грудь.

– Я уже отпустил тебя днем, как видишь, ничего хорошего из этого не вышло, – выдохнул я ей в губы, накрывая их поцелуем. Язык нагло вторгся в ее рот, свободно гуляя и завоевывая территорию. Малышка даже ахнуть не успела, как я увлек ее в сладострастный танец языков.

Дем же, не теряя времени, потянул малышку на себя и накрыл ее руки, прикрывающие обнаженную грудь, своими, что я отчетливо видел благодаря тому, что брат пустил меня в свое сознание. Мы с легкостью могли передавать друг другу свои мысли, если позволяли это, опустив преграду, которая защищала наш разум от вмешательства. Делали мы это обычно как раз в таких случаях. Было намного интереснее участвовать в сексуальных играх со всех ракурсов и получать двойные ощущения.

– Какая вкусная малышка… – прохрипел Дем, впиваясь в ее шею поцелуем.

– Ммм… – запротестовала она в мой рот, пытаясь оттолкнуть меня, но это было ей не под силу, ведь меня даже десять человеческих мужчин не сдвинет, не то что слабая девчонка.

– Тебе будет очень хорошо, сладкая… Зачем же сопротивляться? – скользнул он рукой вниз по животу к кромке джинсов. Настёна задрожала, почувствовав, как близко он подобрался к ее девочке, и снова попыталась разорвать наш с ней животный поцелуй.

– Отпустите меня! Ммм… Не-е-ет… – успела она выдохнуть на последнем дыхании, когда уже Дем, развернув ее голову, заткнул ее рот своим.

Брату просто сорвало крышу от ее вкуса, и он думал о том, что всё, что было до нее, было пресным, невкусным, чем-то, на что он зря тратил свое время и силы.

– Вот та-а-ак… – накрыл я губами оставшуюся без внимания грудь, наконец вбирая в рот ее соблазнительный, напряженный от ласк Демьяна сосок.