Сеятель Ветра

Осторожно приоткрыл веки и замер. Невозможное стало реальностью. Тайник был пуст. Не помогло ни моргание, ни потирание глаз трясущимися руками. Книга Разиэля, собрание самых могущественных заклинаний и тайн мира, которые доверил ему Бог в последние дни Творения, исчезла.

– Он лично доверил ее тебе! Лично! – заскрежетал противный, язвительный голосок в голове архангела. – Ты за нее отвечал! Знаешь, что теперь будет? Догадываешься, правда?

– Нет! – закричал Разиэль, ударяя кулаком в дверь тайника с такой силой, что едва не сломал пальцы.

– Конечно! – шипел голосок. – Это твоя задница горит, архангел Тайн.

И Разиэль вынужден был признать его правоту. Не было смысла и дальше всматриваться в пустой тайник, потому что проведи он за этим занятием хоть долгие годы, смог бы только убедиться, как долго там нет Книги.

Шок проходил медленно. Разиэля охватило мрачное настроение. «Собственно, а почему не дезертировать в Преисподнюю, отправиться в одиночное путешествие до конца Времен или присоединиться к банде Рагуэля, – размышлял он.

Внезапно он почувствовал себя уставшим, больным и не самым молодым. У него болела голова. Его мучила тошнота. Он попытался наложить на себя исцеляющие чары, но был слишком разбит, чтобы сосредоточиться.

– Нужно любой ценой отыскать Книгу и найти ублюдка, который ее украл, – произнес он громко.

Он вернулся в лабораторию, не заморачиваясь маскировкой тайного входа, поскольку уже нечего было прятать. Посмотрел на разбитые реторты, на заляпанные страницы журнала и осознал, что ему нанесли страшный ущерб и собственный дом для него стал чужим и оскверненным.

– Ну, добро пожаловать, – буркнул он. – Заходи кто хочешь, бери что хочешь… сукины дети. Меня это больше не касается.

Он подошел к висящему возле дверей круглому зеркальцу в замысловатой кованой раме. Стукнул по нему пальцем. В тот же миг поверхность зеркала заполнило изображение ока с узким вертикальным зрачком, нанизанным на изящную горизонтальную ось.

– Габриэль! – произнес он приглушенным голосом. – Надо поговорить.

В эту же минуту око начало поворачиваться, сначала медленно, потом все быстрее. Зрачок раздвинулся, заполняя чернотой всю поверхность зеркала.