Сеятель Ветра

Настоящая пощечина для этих высокомерных щенков из банды Габриэля. Мы покажем им яркий пример молодого человека, который уважает традиции и знает свое место. Немедленно приведи его.

Рагуэль нервно сглотнул слюну. «Этот кошмар происходит на самом деле», – подумал он. Великий Архонт прохаживался по комнате, заложив руки за спину.

– Ваши способности и образцовое поведение были замечены, – произнес он. – Не думаю, что молодой возраст исключает ответственную должность. Мы умеем видеть алмазы в грязи.

Ты получил повышение. Ты назначаешься палачом. Будешь исполнять приговоры Божьего суда над высокими небесными сановниками. Начнешь с показательной казни отвратительного богохульника и убийцы, некоего Даймона Фрэя.

– Слушаюсь, Ваша Светлость, – пробормотал Рагуэль, уверенный, что все небеса Царства по очереди падают ему на голову.

Ялдабаот повернулся так резко, что зашелестели полы мантии.

– Что? Не поблагодаришь?

Архангел преклонил одно колено, опустил голову, чтобы Великий Архонт не смог увидеть выражение его лица.

– Я безмерно благодарен, Ваша Светлость. Я не заслужил такую милость.

Ялдабаот потер руки.

– Прекрасно! – воскликнул он. – А сейчас иди приготовься к новой роли. И запомни! Все должно быть организовано идеально. Это приказ!

– Слушаюсь! – раздавленно прошептал Рагуэль.

* * *

«Не упаду. Даже, сука, не споткнусь, – повторял он себе, пока приказ не достиг путающихся ног. – Господи, как же далеко!»

Эшафот возвышался, словно покрытый голубым и золотым сукном остров посреди огромной Небесной Площади.

Вокруг него простиралось море голов и крыльев многочисленной толпы ангелов. Проход, что тянулся от врат Дворца Справедливости, оказался слишком узким. По обеим его сторонам каждые пятьдесят шагов стоял страж в церемониальной одежде.

Перед самым помостом Ялдабаот поставил друг напротив друга две молчаливые и неподвижные группы – архангелов и Рыцарей Меча, уцелевших в битве.

За эшафотом возвышались трибуны, где восседал Совет Архонтов, князья Сарим, в том числе титулярный глава Меча, князь Сокет Хези с кислой миной, и высокопоставленные лица.

Сияние солнца ослепило Даймона, глаза которого уже привыкли к темноте, поэтому, хоть он и напрягал зрение, мог увидеть только размытые силуэты на трибуне.

– Время, – сказал один из четырех сопровождающих его стражников и легко подтолкнул в спину.