Сеятель Ветра

Дворец, или скорее большая часовня, содержал в себе Божьи инструменты – Мастерок и Циркуль, которыми Господь разметил Вселенную, а также Ключ к измерениям, с помощью которого Он открывал новые реальности. Этот Ключ и казался Даймону единственным шансом на спасение Царства.

Полынь зарылся копытами в гравий на дорожке прямо перед фасадом белого, ажурного, словно сахарный пирог, павильона. Он низко опустил голову и тяжело дышал. Даймон спустился с него. Когда он коснулся ногами земли, у него закружилась голова. Он вынужден был схватиться за луку седла, чтобы не упасть.

До этого времени он не обращал внимания, насколько сильно он был ранен. Левый бок, штанина и сапог были покрыты липкой кровью.

«Не хватало еще упасть в обморок», – подумал он и, как мог быстро, побежал к входу в здание.

В тот же миг ему преградили дорогу двое стражников с топорами на боку.

– Впустите меня! – прохрипел он. – Царство в опасности!

– Прочь! – рявкнул тот, что выше. – Своим присутствием ты порочишь святилище!

Даймона охватила ярость.

Там погибают его друзья, его братья, а эти два тупых сукиных сына осмелились преградить ему дорогу?

– Или вы меня впустите, или я разобью ваши глупые головы! – со злостью прорычал он.

Они потянулись к оружию, но даже не успели его вытащить. Даймон треснул одного рукоятью меча в лицо, второго свалил на землю пинком, вырвал у него топор из-за пояса и огрел топорищем по голове. Все это длилось не дольше одного вздоха.

Он оказался в холодном тихом зале. Воздух казался гуще, чем снаружи, вибрируя осязаемой мощной силой.

Стены сияли золотистым блеском. Посредине помещения стояли три хрустальные шкатулки со священными предметами. Он коснулся искусно вырезанной крышки, через которую можно было рассмотреть очертания золотого Ключа.

– Прости меня, Господи, – прошептал он.

Прикрыв лицо согнутой рукой, он со всей силы ударил рукоятью меча в крышку. Раздался пронзительный стон, и осколки хрусталя посыпались на пол.

Золотой Ключ, которого до этого времени касалась только рука Господа, лежал на пурпурной подушечке и маслянисто переливался.

Он был покрыт легким орнаментом, деликатным и едва заметным. Даймону показалось, что в нем дремлет мощная, зловещая жизнь.

Он протянул руку, задержав дыхание. Дрожащие пальцы коснулись металла и сомкнулись на нем. Он вытащил Ключ из шкатулки. Тот оказался неожиданно тяжелым. Внезапно Даймон почувствовал, как он зашевелился, словно держал в руке не предмет, а живую тварь, маленькую ящерицу.