Истинная для двоих

– Хорошо погуляла?

Если бы Маше было не тринадцать, а хотя бы восемнадцать, я бы могла ей признаться. Наверное. Но, скорее всего, нет. Я – старшая сестра, я несу ответственность за нее, за ее воспитание, и не могу позволить моей аморальности испортить и ее жизнь.

– Да, неплохо, – я уткнулась в кружку.

Маша нахмурилась.

– Ань, что-то случилось?

– Глупости какие! – возмутилась наигранно. – Просто столько танцевать… Да я ног не чувствую!

– Судя по твоему виду, не только ног, – Маша успокоилась. – Приготовить завтрак?

Она встала, не дожидаясь моего ответа.

Она достала из шкафа сковороду, поставила ее на плиту. Подошла к холодильнику, достала упаковку яиц, но сделала всего шаг, и вся упаковка полетела вниз.

Я отставила кружку, быстро поднялась и подошла к сестре. Ее плечи вздрагивали, Машка пыталась отвернуться, но я уже успела заметить, как по ее щекам катятся слезы.

Не сильнее. Просто старается сделать вид, что сможет вынести все это. И я бы старалась… Стараюсь. Но я старше. У меня нет иного выхода, я теперь отвечаю за нее.

– Маш, садись, я все сама сделаю, – обняла ее, прижала к себе.

– А-ань, как мы… как мы теперь будем? – всхлипнула, обхватила меня руками, вжимаясь, словно и я вот-вот исчезну.

– Потихоньку. Будем… привыкать, – произнесла я ненавистное слово.

– В кладовке лампочка перегорела, а на балконе полка шатается, – будто это ее успокаивало, начала перечислять Маша.

– Я помогу, – начала гладить ее по голове, чувствуя, что меня начинает трясти. – Я.

– Ты в алгебре ноль без палочки.

– Научусь. Буду с тобой учить, вспомню.

Нужно было найти слова, но их уже давно не было. Они закончились. И теперь никто не смог бы их отыскать, чтобы успокоить и ее, и меня. Остались слезы, которым не было края, и отчаяние. Я смогла спрятать его, сделать все, чтобы Маша не поняла, как трудно нам будет.

Она высвободилась из моих объятий и пошла к двери.

– Ты куда? – обеспокоенно спросила у нее.

– Попытаюсь пару часов поспать, – замерла, не оборачиваясь. – Лучше я все равно не сделаю, только испорчу еще что-нибудь…

– Маш…

Она ушла.

Мы справимся, мы сумеем пережить все, вынести все испытания. Это просто жизнь, ничего больше.