Жар ледяной страсти

– Мистер Сантино будет с минуты на минуту, – сказала ей сидевшая в приемной девушка, которая проводила всю компанию в конференц-зал.

Карла задумчиво подошла к окну и посмотрела на залитый солнцем Манхэттен.

Когда ей передали предложение Хавьера Сантино, она не могла понять, почему он хочет иметь с ней дело. Несомненно, ее статус чемпионки мира по фигурному катанию относил ее к группе избранных, куда мечтали попасть многие, но она могла назвать несколько десятков других спортсменов, которые были не менее известными.

Сантино ни разу не попытался связаться с ней лично и предпочел действовать через своих адвокатов и администраторов, и Карла понадеялась, что Хавьер решил оставить в прошлом то, что произошло утром после ночи, которую они провели вместе. Возможно, отвращение, которое она мельком заметила в его взгляде во время их напряженного разговора, было всего лишь игрой ее воображения.

Вскоре Хавьер начал покорять другие женские сердца и продолжил жить в присущем ему стиле «работай усердно, развлекайся еще усердней», с завидной регулярностью появляясь на страницах желтой прессы.

Может, ей на самом деле не о чем беспокоиться и она просто…

– Мисс Нардоцци, вы собираетесь проводить совещание стоя?

Карла вздрогнула и повернулась, услышав ровный безучастный голос.

У нее перехватило дыхание, когда она посмотрела на приближавшегося мужчину.

В темно-сером пиджаке, подчеркивающем его широкие плечи, белой рубашке и синем галстуке Хавьер Сантино излучал превосходство и силу. Он по-прежнему отличался невероятной привлекательностью и харизмой, а его полные губы были чуть красноватыми, словно после жарких поцелуев.

Он остановился напротив Карлы по другую сторону огромного, отполированного до блеска стола и смерил ее надменным взглядом своих золотисто-карих глаз.

Что-то всколыхнулось внутри ее, дикое, жаркое и опасное, и ей показалось, что земля пошатнулась у нее под ногами.

Ей не следовало приходить сюда… Но разве у нее был выбор?

– Замечательно. Я буду расценивать ваше молчание как знак согласия. – Хавьер развернулся, подойдя к своему креслу, расстегнул пиджак и сел за стол.