Я тебя узнала

Но стоило Ариону вспомнить, что произошло между ними, его охватывало неистовое вожделение. Сцепив зубы, он разжал кулаки и сбросил с себя оковы этого низменного чувства. В день, когда ему следовало погрузиться в прошлое, он позволил себе заняться сексом с женщиной, которая оказалась такой же двуличной, как и ее покойной муж.

– Что с ней такое? – с недоумением спросил его младший брат, Сакис.

– Скорее всего, она убита горем и скорбит.

Скрытая едкость этих слов обожгла Ариона, словно кислота. Ведь он знал, что Перла Лоуэлл испытывает все, что угодно, но не горе.

Ни одна приличная женщина не позволит себе то, что было между ними, за несколько дней до похорон мужа. Нет, скорбь прошла мимо нее.

А он… Боже, он набросился на нее, как голодный зверь, в надежде забыться, заглушить боль, которая безжалостно пронзала его с каждым ударом сердца.

Отвернувшись от спектакля, разыгрываемого у алтаря, Арион последовал за расходившимися людьми.

– Думаешь, дело только в этом? – не успокаивался Сакис.

 – Я готов поклясться, что она испугалась, увидев тебя.

Ари резко повернулся к нему:

– Что ты несешь?

– Мне показалось, брат, что она не спускала с тебя глаз. Ты знаком с ней?

– Я впервые в этом захолустье и приехал только потому, что ты попросил меня. А вот что ты забыл на этих похоронах?

– Я настояла на нашем приезде, – отозвалась Брианна, его будущая родственница. – Лоуэлл в прошлом работал на компанию, и я решила, что присутствие Сакиса будет уместным.

Мы пытались предупредить тебя, но твой мобильный был выключен, а в «Макдоналд-Холле» сказали, что ты выехал из отеля вчера.

Арион сжал челюсти. Вчера он, как последний дурак, отчаянно пытался найти женщину, которая покинула его среди ночи. Полтора дня он колесил по окрестностям в поисках красной машины, чей цвет не шел ни в какое сравнение с ярким оттенком волос незнакомки, от которой он потерял голову. Несколько прекрасных часов, проведенных с ней, заглушили разъедающую его душу боль.

Но как он не заметил, что это всего лишь иллюзия? Теперь горькое раскаяние станет расплатой за опрометчивый поступок.

– Мы уже почтили память усопшего. Может, пора убраться отсюда? – спросил Ари, отгоняя от себя назойливые мысли.

– Ты куда-то спешишь? – поинтересовался Сакис.

– Завтра в семь утра у меня встреча, а потом я улетаю в Майами.

– Но сейчас только два часа дня.

Старший брат не сразу нашелся, что ответить.