Я тебя узнала

Арион наконец вошел в нее, и болезненные ощущения уже через несколько мгновений сменились сладострастным восхищением, от которого у нее захватывало дух.

– Theos! Ты такая тугая, это просто восхитительно, – прохрипел он, обдав жаром своего дыхания ее шею, и тут же поцеловал Перлу.

Их языки переплелись с откровенностью и неистовством, созвучным движениям его мощных бедер. Упоительная нега окутала женщину, проникнув в каждый атом ее естества. Скрестив ноги на талии партнера, Перла полностью приняла его.

– На колени, – приказал он. – Сейчас ты получишь то, чего хотела.

Перла содрогнулась в предвкушении и молча подчинилась. Через мгновение он вошел в нее.

– О господи! – вырвался из ее груди истошный вопль удовольствия, которое было настолько всепоглощающим, что Перла боялась потерять сознание.

Арион запустил пальцы в ее волосы и с силой тянул за них.

Перла вскрикивала, пока он продолжал двигаться в неумолимом ритме и хриплым голосом повторял ее имя. Но когда она была готова взорваться фейерверком восхитительных ощущений, Арион отстранился. Крепкие руки подняли Перлу на диван, и тишину нарушил воодушевляющий глубокий голос:

– Оседлай меня.

Перла села на него и откинулась назад. Смена ритма в их первобытном танце раскрыла новые грани блаженства. Достигнув исступленного пика, она захлебнулась агонией экстаза. Затем послышался его гортанный стон. Арион начал содрогаться.

Через несколько минут он нежно поцеловал ее в шею и произнес:

– Никак не могу решить: то ли ты ангел, посланный, чтобы привести меня в рай, то ли ведьма, явившаяся, чтобы мучить меня.

– Могу ли я быть и той, и той? – спросила Перла.

– С такими прекрасными волосами ты можешь быть кем угодно.

Она с трудом приподняла голову и посмотрела на Ариона:

– Ты как-то чересчур увлечен моими волосами.

– Поверь, они этого достойны, – с игривой улыбкой ответил он, вдохнул аромат ее локонов и заключил в свои объятия.

Перла плохо помнила, что было дальше. В ее памяти сохранился лишь его властный собственнический взгляд, от которого у нее мурашки бежали по коже.