Второго шанса не будет

Интересно, Алехандро на самом деле пытался его успокоить или он тонко намекал Гаелу, что он по-прежнему задает тон их отношениям?

Гаел открыл стеклянные двери остроугольного здания и вошел во всемирно известное учреждение, ясно осознавая, что хочет ввязаться в драку. Он не потрудился вздохнуть, чтобы успокоиться, потому что это было бесполезно. Он знал только два метода успокоения: работа за компьютером и секс. Первый метод его обогащал, второй – позволял воплощать самые смелые фантазии.

Желание вытащить свой телефон и организовать встречу с какой-нибудь красоткой поборола мысль о том, что сейчас Гаелу следует думать прежде всего о бизнесе, а не удовольствии.

Войдя в нужную ему комнату, он обнаружил там двух ожидающих его режиссеров.

Через час настроение Гаела стало еще хуже. Напряженным рукопожатиям с режиссерами и его быстрому уходу предшествовало желание немедленно уволить Этана Райланда.

Гаел вынул телефон из кармана.

И замер.

Дверь слева от него оказалась приоткрытой, но Гаел отчетливо услышал женский голос, наполненный чистой и неподдельной эмоцией.

Он толкнул дверь указательным пальцем, и та заскрипела. Пройдя по тихой прихожей, Гаел увидел еще одну дверь в конце зрительного зала. Он быстро и тихо вошел в затененный зал и услышал страстный монолог.

– Ты не оставишь меня. Я не позволю тебе. Ты думаешь, что любишь ее, но ты ошибаешься. Я хорошо знаю тебя и понимаю, что ты чувству ешь. Я так сильно тебя люблю, Саймон. Я готова тебя простить. Я готова все начать сначала.

Гаел понял, что затаил дыхание, наблюдая, как по лицу актрисы текут слезы. Она причитала еще минуту, а затем рухнула на сцену. Неподдельные рыдания сотрясали ее маленькое тело.

К его горлу подступил ком. Гаел наблюдал, как она вскочила и судорожно вздохнула. Она вытерла слезы запястьями и подошла к краю сцены. Ее грудь резко вздымалась. Женщина выжидающе смотрела на режиссера.

– Ваше выступление… приемлемое, мисс Беккет.

Она едва заметно, с надеждой, улыбнулась:

– Спасибо. Вы правы. – Ее голос был твердым, но хриплым. Вероятно, от эмоциональных переживаний.

Режиссер удрученно покачал головой:

– Но, к сожалению, мне нужно больше. Мне надо больше души.

Актриса нахмурилась:

– Я не понимаю. Я вложила в монолог всю свою душу.

– По вашему мнению. Но я думаю иначе.

Гаел почувствовал ее острое разочарование.