Вместе и навсегда

Он мог заботиться о народе Джукрата, которым правил его брат, но только потому, что вся жизнь Тахира была посвящена заботе о его подданных, и естественно, что Джавид тоже заботился о них.

Кроме того… он напрягся, когда вспомнил об отце, который умер, так и не смирившись с непокорностью своего второго сына.

Отец никогда не говорил доброго слова и не подбадривал Джавида. Никогда.

Он горько улыбнулся.

Джавид отплатил за эту несправедливость беспутной жизнью, которая, как он знал, раздражает его отца.

И они начали враждовать задолго до того, как старик умер.

Что касается его матери…

Улыбка Джавида испарилась. Их отношения были предельно ясны. Она не притворялась, что любит его, а он не притворялся, что заботится о ней. Он позволял ей беззастенчиво использовать его имя и начинал бунтовать только тогда, когда ему приходилось терпеть унижение светских обедов и встреч, на которых его брат Тахир смиренно соглашался присутствовать.

Джавид не обменялся с ней и парой слов за пять лет – большинство из них было сказано на недавней свадьбе его брата, – и его это более чем устраивало.

Он проигнорировал резкую боль в груди и с прищуром посмотрел на своего помощника:

– Эти последние семь дней в Калифорнии были для меня подарком после нескольких месяцев общения с моим двоюродным братом и множества проблем, от которых страдает его страна. Ты сам знаешь это, потому что ты ведешь мой календарь, верно? И я дал тебе несколько выходных, чтобы повеселиться в пятизвездочном отеле, помнишь?

– Конечно, ваше высочество.

Джавид вздрогнул. Сколько бы раз он ни просил называть его по имени, когда они были наедине, Уилфред отказывался. С изумлением Джавид пообещал себе когда-то, что вытащит палку, воткнутую в хребет его ассистента, до того, как их деловые отношения закончатся, но пока не преуспел в этом.

– Тогда почему ты снова беспокоишь меня по поводу Аднана и Ясмин? – проворчал он.

Джавид выполнил свое обещание, данное Тахиру.

Он даже перестарался. Шесть месяцев, которые он первоначально согласился провести в Рияле, устраняя последствия бездумного правления Аднана, превратились в девять – плачевное положение дел было тому причиной. Джавид так много раз заставлял себя прикусить свой язык, что был удивлен, что этот орган все еще функционировал.

Но он выполнил свой долг и помог Аднану избежать конфликтов с соседями и миром в целом.