Город мертвого бога

– Тебе еще чего надо? – спросил тот из похитителей, что был повыше.

Гэм широко улыбнулся.

– Чего мне надо, так это чтобы вы, двое таких выдающихся джентльменов, отпустили моего друга к его товарищам по играм, которые его давно заждались. Я понятно изъясняюсь?

– Парнишка, его игры закончились. Мы ведем его туда, где его вздернут, так что никакие игры ему больше не светят. Разве что, честно сказать, вполне возможно, что кто-нибудь захочет поиграть с ним, прежде чем избавить его от страданий.

Гэм поджал губы и шагнул вперед – небрежно, не спеша, с видом полного безразличия.

– Это вряд ли, – проговорил он. – Ну так как насчет того, чтобы его отпустить?

– Нет, – ответили оба, в унисон, и повернулись к нему спиной.

– Вы, ребята, конечно, как хотите, но я бы сказал, что шансы у вас неважные.

Они обернулись снова, и выражение их лиц показывало, что если они терпели Гэма до этого, то сейчас их терпение истощилось.

– Сгинь, парень, нам своих забот хватает. Последнее, что нам нужно, – это чтобы какой-то трущобный подонок лез в наши дела.

– Вот здесь вы абсолютно не правы! Я как раз тот трущобный подонок, который вам сейчас больше всего нужен.

– О чем это он?

– Позвольте, я объясню вам понятнее – и лучше бы вы, господа, постарались побыстрее уловить суть, поскольку я уверен, что, хотя эти мымры там, наверху, и выглядят так, будто из них песок сыплется, мозги у них еще не совсем ссохлись, так что очень скоро они заподозрят неладное, и тогда нам всем крышка. Как мне видится, для вас есть только один выход из сложившейся ситуации: вы даете себя порезать и отпускаете моего паренька на свободу.

– Чего?

– Что-то я не пойму, что он такое болтает.

– Все еще недостаточно понятно? Если вы оставите паренька себе, вас вздернут как соучастников кражи, когда обнаружится, что кошелька нет. Если вы его просто отпустите, вас вздернут как соучастников кражи, поскольку он украл кошелек, а вы позволили ему уйти. Но! Если вы согласитесь подвергнуться паре взмахов моего парикмахерского орудия, то, после того как вас зашьют, вы будете свободны отправляться на все четыре стороны.

Двое глядели на него, слегка приоткрыв рты, словно он был каким-то эзотерическим проповедником или говорил на нечеловеческом языке. Гэм вздохнул – и одним широким взмахом бритвы прочертил дугу через оба их лица, так что их рты стали немного шире, а полукруг мостовой в паре футов перед ними – немного краснее.

Он схватил Натана за руку.