Пронзенное сердце и другие рассказы

Среди тех, кого я вызвал в качестве свидетелей, вы могли заметить худого сутулого типа, по имени Ньюдин.

– А он тут при чем?

Описав встречу с Ньюдином на дороге и передав содержание разговора, капитан добавил:

– Я считаю, что Лэмсон сказал правду: моя бедная Нелли дала ему этот документ. А украл его Ньюдин. Клянусь богом, – воскликнул молодой офицер, – хоть у меня нет причин любить Лэмсона, и я презираю его алчность, если окажется, что он говорил правду, десять тысяч фунтов будут ему вручены немедленно.

– Доктор Лэмсон, сэр! – объявил слуга, входя в комнату. – Он просит разрешения повидаться с вами, сэр.

– Конечно. Проводите его сюда.

– Мне уйти? – спросил магистрат.

– Останьтесь, если посетитель не будет возражать. Посмотрим.

Вошел врач, мрачный и бледный.

– Может, хотите поговорить со мной наедине, доктор Лэмсон? – спросил капитан. – В таком случае мистер Чарлкот…

– Нет, – прервал его врач, поклонившись магистрату. – Я предпочел бы, чтобы вы оба выслушали меня и увидели то, что я покажу.

Мне, напротив, повезло, что мистер Чарлкот оказался здесь. Я как раз собирался сегодня же вечером идти к вам домой, сэр, и попросить у вас дружеского совета.

– В чем совета, доктор Лэмсон? – спросил магистрат.

– Вот в чем, сэр; вначале я решил показать это капитану Уолтону, чтобы убедить его в своей невиновности в том преступлении, которое приписывают мне сплетники. Вернувшись домой после расследования, я обнаружил на столе наряду с другими письмами вот это; как видите, оно прислано мне по почте.

Говоря это, он протянул капитану Уолтону письмо; на конверте, уже распечатанном, было написано только «Доктору Лэмсону», и стоял один почтовый штемпель – города Е. Дата на штемпеле свидетельствовала, что письмо отправлено в тот же день. В письме говорилось:

«Если доктор Лэмсон согласится расстаться с одной тысячей фунтов из десяти тысяч, завещанных ему мисс Инглворт, он вернет себе подписанный ею документ, и это поможет ему избежать петли на виселице.

Если он согласен на это предложение, пусть известит: зажжет в своей спальне голубой свет сегодня в полночь; завтра с утренней почтой он получит новое письмо с указаниями, как передать деньги и подучить документ, так ему необходимый».

Ни подписи, ни адреса не было; только то, что передано выше.

– У вас есть подозрения, кто мог это написать? – спросил капитан Уолтон, обращаясь к врачу.

– Ни малейших. Почерк мне совершенно незнаком.