Охотники за скальпами

Врач попытался отговорить меня от поездки. Он заявил, что я нахожусь в критическом состоянии, рана моя совсем не зажила. Он красноречиво стал расписывать ожидающие меня опасности: лихорадка, гангрена, кровотечение. Видя что я упрям, он кончил тем, что предъявил мне счет. В счете была указана скромная сумма в сто долларов! Настоящее вымогательство. Что мне было делать? Я пытался протестовать, но мексиканец пригрозил мне «судом губернатора». Годе бранился по-английски, по-французски, по-испански и на языках индейцев.

Врач исчез, но за ним явился хозяин. Он, как и врач, попытался отговорить меня от отъезда. И предоставил множество причин, почему я не должен уезжать.

– Не уезжайте, сеньор, ради вашей жизни не уезжайте.

– Почему, добрый Хосе? – спросил я.

– О, сеньор, индейские бандиты! Навахо. Каррамбо!

– Но я не собираюсь на их территорию. Я поеду вниз по реке через города Нью Мексико.

– Ах, сеньор, города! В них no hay siguridad[48 - Небезопасно (исп.)] Нет, нет, навахо везде опасны. Вот сегодняшняя новость. Польвидера, бедная Польвидера! На нее напали в прошлое воскресенье. В воскресенье, сеньор, когда все были en la misa[49 - На обедне, на мессе (исп.)]. Грабители окружили церковь, каррамба, они вытаскивали бедных жителей: мужчин, женщин и детей. Сеньор, они перебили мужчин. А женщины! Dios de mi alma![50 - Да смилуется господь! (исп.

– Так что с женщинами?

– О, сеньор, эти дикари их всех увезли в горы. Pobres mugeres![51 - Бедные женщины! (исп.)]

– Да, печальная история. Но как я знаю, индейцы совершают набеги только через большие промежутки. Вряд ли я сейчас с ними встречусь. В любом случае, Хосе, я принял решение и готов рискнуть.

– Но, сеньор, – продолжал хозяин, таинственно понизив голос, есть и другие ladrones[52 - Разбойники (исп.)], кроме индейцев, белые, muchos, muchissimos![53 - Много, очень много! (исп.

И Хосе сжал пальцы, словно душил кого-то.

Это обращение к моему страху оказалось тщетным. Я ответил, показав на свои револьверы и ружье и на пояс с оружием на моем спутнике Годе.

Когда мексиканский трактирщик понял, что я лишаю его последнего постояльца, он мрачно ушел и вскоре вернулся со счетом. Как и счет врача, он был совершенно несообразным, но мне пришлось заплатить.