Гаспар-гаучо. Затерявшаяся гора

Чаще всего они селятся по опушкам знаменитых зарослей высокого чертополоха, – зарослей, которые можно назвать и лесами. Есть предположение, что они питаются корнями этих растений. Нередко роют они свои норы и близ «кардоналий», то есть порослей «кардона», или «испанского артишока», значительно отличающегося от южноамериканского чертополоха, но тоже относящегося к «просвирникам».

Любопытно отметить еще один факт. В Банда-Ориенталь, как называется местность, лежащая к востоку от реки Урагвая, бишача совершенно не водится, хотя ни климатом, ни почвою, ни растительностью область эта не отличается от мест, лежащих по правую сторону реки.

Таким образом, река Урагвай явилась как будто неодолимой преградой на пути движения бишача к востоку, а между тем их не остановила более широкая Парана: они живут по обоим ее берегам и даже в провинции Эртер-Риос (Междуречье), лежащей между Параной и Урагваем.

Приближаясь к «бискачере», наши следопыты обо всем этом не думали, а лишь досадовали на задержку. Пересекая бискачеру приходится ехать черепашьим шагом и с величайшей осторожностью.

Норы здесь представляют собой нечто вроде подземных ходов, и при первом же неудачном шаге лошадь проваливается и вывихивает, а то и ломает ногу.

– Каспита! – сердито воскликнул гаучо, резко натягивая поводья.

Осмотрев местность и убедившись, что вперед бискачера тянется по крайней мере на полторы мили, а вправо и влево – покуда хватает глаз, он произнес еще несколько крепких слов.

– По этому полю, – добавил он, – не только галопом, но и приличным шагом не поедешь.

Придется плестись. А если двинуться в объезд, то неизвестно, какой крюк получится. Пожалуй, миль десять, а то и двадцать. Похоже, что это самая большая бискачера, какую мне случалось видеть. Карраи!

Последнее проклятие было тем яростней, что, оглядевшись еще раз, гаучо так и не увидел конца бискачеры.

– Плохо, – продолжал он, – нам чертовски не везет. Вся местность изрыта норами. Ничего не поделаешь. Хоть все глаза прогляди, лучше не будет.

Я думаю, самое правильное – пуститься напрямик.

– Я тоже так полагаю, – согласился нетерпеливый Чиприано.

– Едем, мальчики. Но будьте осторожны, глядите в оба… Каррамба! Как это я не догадался. Пустите меня вперед, а сами двигайтесь по моим следам.

С этими словами Гаспар тронул коня и начал осторожно пробираться между кучами мусора и зияющими отверстиями нор. Тушканчики совершенно не пугались всадников. Зверьки эти далеко не трусливы и очень любопытны.