Приют «Парадиз»

На следующий день в редакции Тучека встречали бурными овациями. Сам герой лишь скромно отмахивался и кивал головой, которая предательски болела после вчерашней выпивки. Он был небрит и изрядно помят (речь шла о лице, поскольку одежда уже давно производилась из немнущихся материалов). В последние годы он частенько так выглядел, что никак не отражалось на качестве его работы. Тучеку было тридцать семь лет, его пытливые карие глаза и фактурное лицо, выдавали в нём человека умного и проницательного. Неизменно прямые брови, тонкие губы и слегка заострённый подбородок делали его лицо немного печальным.

Когда-то длинные, тёмно-каштановые волосы теперь были коротко подстрижены, на лбу появились морщины, а баки слегка засеребрились. Несмотря на это за ним до сих пор волочились женщины, хотя он редко отвечал им взаимностью, а если это и случалось, то связь была яркой, но мимолётной и быстро угасающей. Он словно находился на распутье, в постоянной неопределённости и никак не мог выбрать дорогу, по которой нужно идти. Поэтому всегда трудно было угадать его настроение.

– Счастливчик, – Минин протянул Тучеку руку.

– Мы в тебя верим, Крис, – Крыжановская сжала маленький кулачок и потрясла им в воздухе.

– Спасибо за доверие друзья, – Тучек сжал ладони вместе и поднял их над головой.

– Поздравляю вас Крис, вы первый представитель прессы, который побывает на Селестии, – приветствовал Тучека андроид-транслятор.

– Привет Берни! Будешь хорошо себя вести, возьму тебя с собой, – ответил Тучек.

Дверь в кабинет главного редактора «Хроник» была открыта, а сам он стоял, довольно высокий, с распростёртыми объятиями в ожидании Тучека.

Крис закрыл дверь и уселся в кресло. Ронинсон, наконец, опустил руки и изрёк:

– Крис, ты наша единственная надежда! Ты в курсе, что последние полгода у нас плохо с финансами? Если так дело пойдёт, то знаменитые «Хроники» прекратят своё существование, – главред ловким движением головы закинул кручёную выбеленную прядь волос назад. – И тут такой подарок! Наш лучший детектив летит на Селестию, в этот райский уголок.

Ну что ты молчишь?

– Я ещё не дал согласия, – вяло ответил Тучек.

– Ну вот ещё, приехали! Он, видите ли, не дал согласия! Один из трёх миллиардов претендентов, и он ещё о чём-то думает! Ты не забыл, что все эти люди могут потерять работу? – Ронинсон ткнул пальцем в сторону редакции, сотрудники которой с тревогой наблюдали за разговором в кабинете главного редактора через стекло и даже робот-курьер на время замер.