Пламя одержимости

Эбби оставила для него сообщение с подробным описанием того, что узнала от сестры Гретхен Вуд.

– Послушайте, лейтенант, я получил ваше сообщение, и, как уже сказал Бентли, мы дадим вам знать, если будут какие-то подвижки.

– Это я уже поняла, – ответила Эбби, поглядывая на часы. У нее уже не было времени, чтобы гладить этого мужлана по шерстке. – Я просто хотела убедиться, что вы в курсе этой зацепки, поскольку Мейген сказала…

– Нету тут никакой зацепки, – перебил ее Пауэлл. – Просто Гретхен Вуд пару раз посещала эту церковь, прежде чем поджечь дом Йейтса.

– Ну, как я упомянула в своем сообщении, Мейген опознала Моисея Уилкокса как того, кто читал проповедь в той религиозной группе…

– Наши детективы еще раз побеседовали с Мейген, и теперь она уже не совсем уверена, что правильно опознала его. А еще они пообщались с местным проповедником церкви Братства Лилии, и он совершенно четко заявил, что никогда не видел человека, подходящего под описание Моисея Уилкокса.

– Церкви Братства Лилии? – недоуменно переспросила Эбби.

– Это та церковь, о которой говорила Мейген. В которую ходила Гретхен Вуд.

– Это не церковь, это небольшая религиозная группа, скорее, даже секта…

– Церковь Братства Лилии – это определенно не секта, лейтенант. Она действует здесь уже много лет. А еще они управляют молодежным лагерем для трудных подростков неподалеку от города. Они успели проделать просто потрясающую работу с некоторыми детьми, которых принимали в этом лагере.

Эбби недоуменно нахмурилась. Должно быть, это какая-то ошибка… Может, детективы неправильно поняли Мейген? Или Моисей просто использовал помещение этой церкви как место для своих проповедей, или же…

– Мои детективы убили целый день, ища ветра в поле, – недовольно буркнул Пауэлл. – В то время как нам еще нужно опросить знакомых Гретхен Вуд, просмотреть записи с дорожных камер, изучить ее излюбленные места тусовок… Наверняка в Нью-Йорке всё по-другому, но здесь у меня только два человека, которые занимаются практически всем.

В трубке послышались короткие гудки.

Несколько секунд Эбби просто стояла у двери, глядя на столик с портретом Карлоса Рамиреса. Кто-то поставил в самом его центре зажженную свечу. Эбби уставилась на крошечное пламя и представила, как эта свеча вдруг опрокидывается, поджигая многочисленные фотографии и письма, разбросанные вокруг нее.