Глушь

" Неужели этот момент настал? Неужели, идя по этой неведомой тропе, он совершил ту самую, единственную маленькую ошибку, которая будет стоить ему жизни? На мгновение он подумал о Мери, ждущей его дома, и о том, как она начнет волноваться, когда он не появится в срок. Он подумал о том, как она будет умолять людей отправиться на поиски, и о том, как она будет надеяться на его возвращение. Как долго она будет ждать? Месяц? Год? Он знал, что его тело, скорее всего, никогда не найдут в этом диком отдаленном месте. Перед ним открылась перспектива неминуемой смерти, и он понял, что отец был прав.

Одна ошибка, вот и все, что потребовалось.

Упав на колени в снег, не обращая внимание на холод, окончательно измученный многолетним трудом, он вдруг почувствовал, как надежда и силы покидают его тело. Годы навалились на его плечи, и в одно мгновение он начал понимать, что уже стар. Он так долго занимался своей работой, всегда в одиночку, и он совсем не думал о том, что становится слабее. Но кто будет делать эту работу, когда его не станет? Он никого не обучал и никому никогда не рассказывал о важности своего дела.

Он взял на себя эту ношу, ничего не объяснив даже Мери. А сейчас, стоя на коленях в снегу, вдали от дорог и людей, он почувствовал, что не может продолжать свой путь. Так или иначе, кто-то другой должен продолжить с того места, где он остановился. Кто-то другой должен завершить этот поход и сделать работу до конца.

– Господи, – прошептал он. – Умоляю тебя, сделай так, чтобы кто-нибудь принял мою ношу, до того момента как я умру.

Пусть он будет сильнее и моложе меня. Пусть он будет лучше меня. Я подвел тебя, и единственное мое оправдание – это то, что я старик и я устал…

А потом, когда Говард уже собирался закрыть глаза и принять смерть, он увидел в отдалении – внизу в долине – слабый мерцающий свет, едва различимый сквозь снегопад. Он слегка прищурился, убеждая себя, что ему просто показалось, но свет не исчез. Говард медленно встал на ноги, сделал несколько шагов к обрыву и в становящихся черными сумерках понял, что свет идет из небольшой хижины, одиноко стоящей на небольшой поляне в долине, начинающейся сразу за обрывом.

Сначала он не осмеливался поверить в это, но теперь он отчетливо видел хижину, в окне которой горел огонь, и до нее было не больше полумили.

Схватив цепь, наполненный внезапным приливом сил, Говард снова двинулся вперед, волоча тележку по снегу и молясь, чтобы поврежденная опора выдержала, пока он не доберется до хижины.