По сценарию мафии

Придется ознакомиться со всем. Я хочу, чтобы ими занялась ты.

– Хорошо. У меня тут одни киношные дела.

– Ладно, Киз, я пойду покурю. Потом мы поменяемся: ты возьмешься за папки, а я осмотрю стол.

– Договорились.

Прежде чем уйти, Босх обвел взглядом полки у двери и прочитал названия видеокассет. Обнаружил ту, что искал, – «Жертва желания». На обложке та же картинка, что и на плакате.

Босх положил кассету на стол, чтобы впоследствии забрать с другими подлежащими изъятию вещами. Райдер поинтересовалась, что это такое.

– Кино. Хочу посмотреть.

– О, и я тоже!

Босх вышел во двор и, остановившись у бронзовой фигуры мужчины – как он догадался, Тайрона Пауэра, – закурил. Ночь стояла прохладная, на территории студии было очень тихо.

Он приблизился к стоявшей рядом со скамейкой урне, чтобы стряхивать в нее пепел, и заметил на дне разбитую кофейную кружку. Там же валялись несколько карандашей и ручек. Босх разглядел на осколке символ «Арчуэй» – Триумфальную арку и восходящее в проеме солнце.

– Девочка далеко пойдет.

– Это наше с ней первое общее дело. Я ее почти не знаю, и, думаю, нет смысла узнавать. Я слышал, как только подвернется случай, она сразу получит повышение.

Мичум сбросил пепел на тротуар, поднял голову и снова небрежно кивнул. Босх проследил за его взглядом: под срезом крыши над вторым этажом на них таращилась камера.

– Будь спокоен, он тебя не видит, читает статью о «Доджерс», – усмехнулся Босх.

– В наше время очень трудно нанять приличных людей. У меня есть такие, кто целыми днями разъезжает по территории на тележках – надеется, что в них откроют новых Клинтов Иствудов. Третьего дня один вмазался в стену, так ему хотелось поболтать с проходившей мимо парочкой худдиров – художественных директоров…

Босх промолчал: ему было безразлично все, о чем болтал Мичум.

– Приходи к нам работать, Гарри. Двадцать лет ты уже прослужил, пора завязывать.

– Спасибо, Чикки. Я не представляю себя разъезжающим в тележке для гольфа.

– Все равно предложение в силе, приятель. Приходи в любое время.

Босх затушил окурок и бросил в урну. Он не хотел копаться в мусоре при Мичуме и объявил, что возвращается в корпус.

– Гарри, хочу тебе кое-что сказать. У нас возникнут проблемы, если ты унесешь отсюда что-нибудь без ордера.