Кровавая работа

Работая профайлером в особом отделе Куантико, Маккалеб специализировался на Западном побережье и часто вылетал в Лос-Анджелес, чтобы помочь местной полиции в расследовании громких дел. В конечном итоге руководство подразделения решило учредить здесь ведомственный филиал, и Маккалеб вернулся к родным пенатам. Переезд позволил ему вплотную заняться расследованиями, требующими вмешательства ФБР.

К сожалению, в любой профессии случаются неудачи, и накопившийся стресс дал о себе знать. Сердечный приступ настиг Маккалеба, когда он трудился допоздна в местном подразделении ФБР в Вествуде.

Маккалеб сменил агентурный пейджер на больничный, и 9 февраля пришло заветное сообщение: донор с необходимой группой крови найден. После шестичасовой операции в медицинском центре Седарс-Синай в груди Маккалеба забилось новое сердце.

Он пока не знает, чем займется помимо рыбалки. Бывшие коллеги (ныне частные сыщики) засыпали его предложениями о сотрудничестве, однако все свободное время Маккалеб посвящает ремонту «Попутной волны», двадцатилетней рыбацкой яхты, унаследованной от отца. Спустя шесть лет забвения судно наконец дождалось своего часа и теперь безраздельно владеет вниманием хозяина.

– Спешить мне некуда, ведь впереди еще уйма времени, – поясняет наш герой.

Бывший агент почти ни о чем не жалеет, но, как любому отставному детективу и заядлому рыбаку, ему не дают покоя те, кто сорвался с крючка.

– Жаль, мне не удалось раскрыть все дела, – признается Маккалеб. – Никогда не выносил, если преступник оставался безнаказанным. И сейчас не выношу.

Маккалеб мельком глянул на приложенную к статье фотографию, снятую еще в его бытность агентом и широко растиражированную прессой. На снимке, сделанном крупным планом, он дерзко смотрит в объектив.

Киша Рассел приехала на интервью не одна, а с фотографом, однако Маккалеб наотрез отказался позировать, предложив напечатать какое-нибудь старое фото. Просто не хотел, чтобы все увидели, в кого он превратился.

Конечно, глупо бояться, что обыватели заметят шрам, надежно скрытый под рубашкой. Да, Маккалеб похудел почти на тридцать фунтов, но главное, он утратил свой коронный взгляд – бесстрашный, разящий наповал не хуже пули.