Кровавая работа

Разве не твои слова: девяносто девять несчастных случаев приводят к смертельной травме головного мозга, не затрагивая при этом остальные органы? Автокатастрофа, неудачное падение с лестницы или с мотоцикла. Но убийство! Согласись, это в корне меняет дело.

– Терри, ты заладил. «Меняет, меняет». С чего бы? Сердце – самый обыкновенный орган, биологическая помпа. Какая разница, как умер его обладатель?

– Большая. С аварией еще можно смириться. Все два года ожидания, пока я пытался свыкнуться с мыслью, что ради моего спасения кому-то придется умереть, меня утешало, что катастрофа – это судьба, рок.

Однако убийство подразумевает злой умысел. Это уже не трагическая случайность. Получается, меня спасло чужое злодеяние. А это, доктор, уже все меняет.

Спрятав руки в карманы халата, Бонни молчала, по-видимому признавая его правоту.

– Всю жизнь я посвятил борьбе со злом, – тихо добавил Маккалеб. – Это была моя работа, с которой я неплохо справлялся, однако в конечном итоге зло оказалось сильнее, и наше противоборство едва не стоило мне жизни.

Я надеялся, что покончил с ним, и вот сейчас стою здесь, перед тобой, с новым сердцем, с подаренным мне, как ты выразилась, вторым шансом, – стою только потому, что зло опять свершилось.

Он перевел дух, прежде чем продолжить:

– Девушка пришла в магазин купить шоколадку своему сыну – и погибла. Это совершенно другое, понимаешь? Или я слишком сумбурно изъясняюсь?

– Логики пока не улавливаю.

– Для меня логика как раз есть, просто я еще не переварил до конца.

Чувствовать чувствую, а словами выразить не могу.

– Я знаю, что у тебя на уме. – Бонни неодобрительно поморщилась. – Ты рвешься в бой, рвешься восстановить справедливость. Ты не готов. Физически точно. А судя по твоему эмоциональному состоянию, тебе даже автокатастрофу расследовать нельзя. Помнишь, я говорила про баланс между физическим и эмоциональным здоровьем? Одно подпитывает другое. Боюсь, твой нынешний настрой может здорово подорвать все процессы в твоем организме.

– Понимаю.

– Нет, не понимаешь. Речь идет о твоей жизни. Если что-то не заладится, велик риск возникновения инфекции или отторжения. Медицина тут бессильна, Терри, никто тебя не спасет. Мы почти два года ждали для тебя сердце, а ты обращаешься с ним так бесцеремонно. Думаешь, легко будет найти новое, с идентичной группой крови? Да ничего подобного! Сейчас в отделении лежит пациент на аппарате, и ты запросто мог оказаться на его месте. Судьба даровала тебе шанс, Терри.