Исчезновение

К тому времени, когда они добежали до дома, Квинн уже отпер дверь и скрылся внутри. Сэм и Астрид прошли в кухню.

– Мам! Пап! Эй, вы где? – раздавались со второго этажа вопли Квинна.

Крики становились всё громче и истеричнее, послышался отчётливый всхлип. Сэм с Астрид сделали вид, что ничего не заметили. Квинн сбежал вниз по лестнице, продолжая звать родителей. Ответом ему была тишина.

Свои тёмные очки он до сих пор не снял, и Сэм не мог видеть глаз друга. Однако по щекам Квинна текли крупные слёзы, голос то и дело срывался на плач.

Сэм почти физически чувствовал ком, застрявший в горле Квинна, точно такой же был и у него самого. Не зная, чем помочь другу, он молча положил шляпу на кухонный стол.

Квинн, тяжело дыша, вошёл в кухню.

– Её нет. Её здесь нет. Сотовый не отвечает. Может, она оставила записку? Вы не видели записки? Поищите, пожалуйста, записка обязательно где-то должна быть.

Астрид щёлкнула выключателем.

– Электричество работает.

– Что, если они умерли? – спросил Квинн.

 – Нет, это невероятно. Наверняка мне снится кошмар, и я скоро проснусь. Потому что это… просто невозможно.

Он схватил телефонную трубку, нажал на кнопку вызова, прислушался. Вновь нажал и поднёс трубку к уху, потом принялся указательным пальцем набирать номер, бормоча что-то под нос. Наконец, оставил телефон в покое и уставился на него так, словно ожидал, что тот вот-вот зазвонит.

Сэму отчаянно хотелось пойти домой, узнать, что там, и в то же время он ужасно этого боялся.

Но не бросать же, в самом деле, Квинна? Оставить его одного в пустом доме, всё равно что прямо сказать: твои родители исчезли.

– А я вчера вечером поругался с папой, – пожаловался Квинн.

– Не думай сейчас об этом, – посоветовала Астрид. – Пока нам известно только одно: мы в случившемся не виноваты. Не мы всё это устроили.

Она погладила его по плечу, и её прикосновение словно что-то надломило в Квинне. Он сорвал тёмные очки, швырнул их на кафельный пол и громко разрыдался.

– Всё будет хорошо, – промямлила Астрид, успокаивая, похоже, скорее себя, чем Квинна.

– Ага, – неубедительно поддакнул Сэм. – Конечно. Это просто какое-то… – он не знал, как закончить фразу.

– Может быть, такова Божья воля? – с надеждой произнёс Квинн, поднимая покрасневшие глаза. – Это всё сотворил Бог, – добавил он с каким-то остервенением.

– Может быть.

– А как же иначе? По-по-по… – он осёкся, прерывая паническое заикание.