Корпорация «Эмми». Мечты сбываются

– Чужеземец! Не забудь поклониться царевне Будур. А то останешься без своей лохматой башки, – саркастически крикнул один из стражей.

– Меня какие-то стражники, да еще в сказочном сне, будут учить жизни! Ну, это просто беспредел! – подумал я.

У всех жителей Багдада были странные головные уборы. Что-то вроде тюрбанов. Ну, короче, кусок ткани, намотанный на голову. Для чего были нужны такие головные уборы, я так и не понял. Откуда-то с минарета доносился голос муллы.

– Восточная страна, точнее сказка! – резюмировал я.

Зазвучали фанфары. Из ворот дворца, находившегося внутри городских стен, выбежали слуги Халифа и начали спешно раскатывать ковровую дорожку.

– И здесь красная ковровая дорожка, – подумал я.

Амели отошла чуть в сторонку. Я последовал за ней. И вот, на ковровую дорожку ступили ноги носильщиков. На своих плечах они несли резную наплечную карету, в которой, за балдахином, восседала царевна Будур. Капризная дамочка, судя по всему.

Все приклонили головы, и даже маленькая Амели.

– Надо бы и мне склонить голову, а то отрубят башку во сне. Этого мне еще не хватало!

Следом, в расшитых золотом халатах и парче, перебирая четки, шла городская знать. Амели бросила взгляд на царевну Будур, и, видимо, не захотев дожидаться конца церемонии, побежала по узкой улочке к дому Аладдина. Во дворе мама Аладдина доила белую козу, а отец в белом тандыре пёк душистые лепешки.

– Всё как в настоящей сказке, – подумал я. – Уж очень реалистично!

– Почему белая коза? – спросите вы.

– Там все было белое. Сказка такая!

Амели быстро взбежала по ступенькам на второй этаж и проскользнула в комнату Аладдина. Потом спокойно, как у себя дома, достала из шкафа старинную медную лампу и несколько раз потерла ее своей детской ладошкой. Из лампы, как из дымовой шашки, повалил густой красный дым. Амели бросила лампу чуть дальше от себя. Всё вокруг загромыхало и комнату заволокло едким дымом. Вдруг в облаке начали прорисовываться очертания того самого джинна, который исполнял в сказке три желания.

– Слушаюсь и повинуюсь, – прозвучал его раскатистый голос. – Приказывай, моя маленькая госпожа!

Амели, нахмурив брови и уперев руки в боки, подошла ближе и сурово обратилась к нему:

– Джинн! Сколько можно ждать исполнения трех моих желаний. Всего три желания! Я к тебе прихожу каждую ночь, как к себе домой. И слышу от тебя только одни обещания.