Роза и шип

Стать рыцарем церкви Нифрона – один из немногочисленных вариантов, отвечавших моим способностям. Желание стать главным среди них – всего лишь следствие моего стремления преуспеть.

– Но куратор – не просто верховная должность, – возразил Саймон. – Куратор клянется не только хранить чистоту веры, но также искать наследника старой империи, чтобы вернуть ему власть. Если это произойдет, все короли – включая его величество – лишатся короны. – Саймон повернулся к Амрату. – И тем не менее для высшей должности королевства вы выбрали именно этого человека.

Человека, который хотел посвятить себя уничтожению вашего трона.

– Вы обвиняете меня в измене? – спросил Брага.

Саймон фыркнул, его козлиная бородка и стянутые назад волосы отлично дополняли читавшуюся на лице насмешку.

– Осторожней, Саймон, – предостерег Лео. – Тебя вот-вот вызовут на дуэль, в которой ты не сможешь одержать победу.

Брага сердито посмотрел на лорда Эксетера.

– Я не собираюсь стоять здесь и…

– Вы собираетесь поступить так, как прикажет ваш король, – вы оба.

Амрат поднялся, и его примеру последовали все остальные. Он говорил низким, рычащим голосом, который, в сочетании с размерами, бородой и умением драться, обеспечил ему прозвище Медведь. Амрат хотел положить конец спору. После целого дня обсуждений у него болела голова. Он подождал, наблюдая, собираются ли соперники продолжить ссору. Они молчали, и король снова сел.

– Полагаю, на сегодня хватит. Брага и Лео, останьтесь. Остальные… С вами увидимся на приеме.

* * *

– Я был прав насчет Эксетера, – заявил Амрат.

Он вскочил с кресла, как только в комнате остались лишь Брага и Лео. Поскольку Амрат был монархом, когда он поднимался, все остальные тоже вставали, поэтому король чувствовал себя в кресле как в ловушке. Но когда их не было, Лео игнорировал формальности, а Брага никогда не садился. Он был странным человеком, темнокожим, с густыми черными волосами, как и большинство уроженцев Маранона. Они походили на калианцев, особенно жители побережья.

Брага был смуглым, привлекательным и постоянно находился в движении. Даже просто глядя на него, король утомлялся. Лео, напротив, был расслаблен и спокоен. Откинувшись назад в кресле, он положил ноги на стол, постукивая сапогами в такт мелодии, звучавшей в его голове. Великий Марибор, как же Амрат любил Лео. Без него он сошел бы с ума.

– Ты обращаешься ко мне или к Перси? – спросил Лео.

– К вам обоим.

– Он хочет мое место, – сказал Брага.