Эра смерти. Эра империи

Он похож на необычайно огромного великана со странными чертами лица. Судя по тому, как Григор описывал тифонов, это не великаны, а скорее силы природы – и они уж точно не стали бы прислуживать кому-то вроде Дроума.

– Так это хорошо… да? – Мойя закивала.

Упоминание тифонов помогло Брин вспомнить кое-что еще.

Хочешь узнать, как Этон и Элан породили Свет, Воду, Время, Четыре ветра, троих тифонов и Элурию, самую любимую из всех?

В темноте Брин улыбнулась, одержав победу над собственной памятью, но стук кирки эхом отдавался у нее в голове, как будто что-то еще пыталось вырваться на волю.

Или рассказать тебе, почему Этон сотворил загробный мир и похоронил Эрла, Тота и Гара? Нет, наверное, ты предпочла бы, чтобы я начал с истории о том, как Элан украла у Этона пять зубов и что с ними стало. Вот с чего на самом деле все началось. Это объясняет, как члены одной семьи пошли друг на друга войной, оставив мать опустошенной, бесплодной и оторванной от мужа.

Брин чувствовала, что все это как-то связано между собой, хотя пока не понимала, как именно.

Дроум не просто так дразнил ее фрагментами сокровища; он что-то говорил ей, что-то, что Хранительница Уклада должна была понять. Но почему он не сказал прямо, почему говорил намеками? разве что полагал, она ему не поверит. Немногие могут оценить дарованное, заработанное всегда дороже.

– Хорошо, предположим, Дождь сумеет прорубить проход через стену, – начала Мойя, – но как мы проберемся мимо старины Голла?

– Глаз всего один, к тому же большой, такой легко закрыть стрелой, – предложил Тэкчин.

 – Просто заставь его опять заглянуть сюда. Ты выстрелишь из окошка, а потом мы выбежим из зала и вниз по лестнице.

– А солдаты, которые нас сюда привели? Они разве не внизу? – спросила Тресса. – Как мы пройдем мимо них?

Скривившись, Мойя нахмурилась и язвительно сказала:

– Господи, Тресса, отвяжись от меня! Я впервые в загробном мире, так что уж прости, но у меня нет ответов на все вопросы.

– А я искренне полагала, что есть.

– Ой, – пробормотала Мойя, будто врезавшись в стену. – Ах… извини… Я не привыкла к тому, что ты стала менее стервозной.

Брин снова попыталась отвлечься от посторонних разговоров и сосредоточиться на мучившем ее вопросе. Что она упустила? Мысль упорно ускользала от нее, отказывалась подчиняться… а Брин чувствовала, как с каждой минутой возрастает необходимость поймать ее.