Эра смерти. Эра империи

Я думала, передам, когда ты вернешься, но раз ты здесь… ну…

– От Малькольма, да? – спросила Тресса.

Падера удивленно повернула голову:

– Да. Как ты догадалась?

– Да не важно! Что он сказал?

– Не кипятись! Померла, а все такая же нетерпеливая.

– Поживее, карга!

Падера отвернулась от Трессы и обратилась к Брин:

– Я устала – телом и душой – и как раз укладывалась спать, как вдруг вошел он. Я удивилась. Его ведь не было много лет, и большинство мужчин не зайдут к женщине в шатер без приглашения.

Лицо красивого юноши, поцеловавшего Падеру, посуровело. Она похлопала его по руке и тепло улыбнулась:

– Да он не за этим пришел! Не волнуйся. Ой, кстати, это мой муж. Мелвин, это Брин, Роан, Гиффорд, Мойя, Тресса, а те два чужеземца – Тэкчин и Дождь.

Юнец выглядел не старше восемнадцати, но был сложен, как крепость дхергов, а по спине у него струились прекрасные длинные волосы цвета позднего кленового сиропа.

– Это твой муж? – спросила Мойя.

Падера ухмыльнулась беззубой улыбкой и кивнула:

– Красавчик, правда?

– Он такой… – Мойя сглотнула.

– Она выглядит точь-в-точь как в день нашей свадьбы, – озадаченно произнес Мелвин.

Падера рассмеялась, посмотрела на свои руки, потерла их друг о друга.

– Ага, гладкая, как попка младенца. Рада избавиться от темных пятен и дряблой кожи. В свое время я была совсем как Мойя, а Мелвин был… – Она посмотрела на мужа и покачала головой: – Нет, другого такого, как Мелвин, не было никогда.

– О чем вы? Падера вообще не изменилась, – сказала Мойя.

– Никто из нас раньше не встречал Мелвина, поэтому мы, скорее всего, видим его таким, каким его помнит Падера, – пробормотала Роан нечетким голосом, каким обычно говорила сама с собой. – Или, быть может, мы видим то, как Мелвин сам себя представляет. И то и другое возможно. Но непонятно, почему Мойя по-прежнему видит Падеру старухой.

Тресса вновь вскипела:

– Клянусь толстым задом Мари, мне плевать, кто как выглядит. Ты сказала, Малькольм просил тебя передать послание. О чем оно, женщина?!

– Ах да! Что ж, как я уже говорила, Малькольм навестил меня в ночь моей смерти. Я неважно себя чувствовала и не хотела принимать гостей. Я свернулась калачиком под покрывалами, а он просто стоял и смотрел на меня. Мне это показалось странным.