Трагедия Мортхира

Чародей стоял на небольшой пристани города и, обратив внимание на только что пришедшее судно, он направился к нему. Сделав несколько шагов, Каспар увидел название на корпусе корабля, выполненное знакомыми эльфийскими символами, но не смог его прочесть. Перечитав его несколько раз, чародей нахмурился и, тяжело выдохнув, услышал тихий эльфийский голос:

– Вы что-то здесь ищете?

Каспар быстро обернулся и увидел эльфийского юношу в обносках. Опустив взгляд на его почерневшие, огрубевшие от работы руки, чародей недовольно покачал головой.

– Хотел узнать, откуда пришел корабль… – задумчиво произнёс он, – Но не могу прочесть даже его название…

Юноша доброжелательно улыбнулся.

– Это помощь от наших западных соседей, – встретив удивленный взгляд своего собеседника, он продолжил, – Помощь обороняющимся против воли последователей Солнца…

Каспар тяжело вздохнул. Поблагодарив эльфа, он отсыпал ему пару монет и поспешил в город. И, когда пристань осталась далеко за его спиной, он грубо выругался, представляя предстоящие переговоры с мастером Иргасилом.

Однако водная гладь не успокоила его, и он, поймав себя на мысли о тщетности его прихода в Ваэрдаль, перевел взгляд на занятых внизу эльфов. В ободранных лохмотьях они разгружали прибывшее судно, из последних сил таская огромные тюки и ящики с провизией во благо искоренения прежних порядков королевства Иттербис.

– Это противостояние зашло слишком далеко… – еле слышно прошептал он и решительно обернулся в сторону города, – Нам надо это остановить…

Он уверенно продолжил свой подъем по лестнице, лишь изредка обращая внимание на проходивших мимо эльфов. Вскоре он оказался в самом Ваэрдале, и, переведя дыхание, чародей медленным шагом направился к торговой площади, внимательно осматриваясь вокруг.

Город лучезарных волн встречал своего гостя во всей полуденной красе – яркий солнечный свет озарял широкие улицы Ваэрдаля, проникая в каждое окно домов, мимо которых шел чародей. И, чем ближе он подходил к площади, тем больше эльфов оказывалось на его пути – стараясь их обходить, Каспар все равно ловил на себе их недобрые взгляды, придирчиво изучавшие его и, казалось бы, безотрывно следившими за каждым его движением.