Сказания Древних

Грегор улыбнулся, чувствуя, как новый прилив сил окутал его, лишив усталости – свежий лавандовый запах увлек его, и он, не в силах сопротивляться, полностью поддался её желаниям. Он прижал ее хрупкое, нежное тело к себе, в порыве страсти начал целовать её губы и шею, запустил руку в длинные рыжие волосы и, словно небольшой, ведомый лёгкими волнами корабль, продолжил раскачиваться, обречённо утопая в ее бездонном лавандовом море…

* * *

Следующее утро Грегор встретил с улыбкой. К его удивлению, ему не приснился кошмар, как в любую другую ночь – и это ещё лишний раз подтвердило тот факт, что он наконец обрёл своё счастье, которое сейчас лежало рядом с ним, находясь в крепком сне после вчерашнего тяжёлого дня и бурной ночи.

Грегор провел рукой по ее волосам, слегка касаясь их кончиками пальцев, и улыбнулся. Обычно, после проведенного вечера с девушкой, он встречал следующее утро в трактире за кружкой эля или на каком-нибудь трудном задании. Но этот случай был иным – он понимал, что теперь не сможет покинуть Беатрис.

Он осторожно поднялся с кровати и с лёгким недовольством посмотрел в зеркало. Немного всклоченные волосы и едва проявившаяся щетина, встретившие своего владельца в отражении, не слишком порадовали Грегора, но в целом он остался вполне доволен своим видом. Расправив свои волосы руками и придав им подобие пышной прически, Грегор одобрительно подмигнул своему отражению, и, одевшись, подошёл к Беатрис и, нежно дотронувшись до её оголённого плеча, прошептал:

– Доброе утро, моя дорогая…

Она невольно приоткрыла глаза и увидела своего любимого, присевшего на кровать рядом с ней.

– Одевайся потихоньку… А я сейчас вернусь.

Он на ходу схватил свой клинок, спрятанный в расшитые золотой нитью ножны, и в одно мгновение закинул его себе на спину, стянул ремень и закрепил его положение, позволяя отклоняться в сторону правой руки, которой он и привык доставать и держать клинок.

Проверив, насколько быстро покидает ножны его верный спутник, Грегор поспешил открыть дверь и с удивлением увидел мальчишку лет двенадцати, встретившего его испуганным взглядом. Будучи совсем ещё подростком, он уже отличался заметными ссадинами и лёгкими ранами – и наёмник слегка усмехнулся, вспомнив о своём юношестве.