Сказания Древних

Пока они спали, – наёмник ненадолго замолчал и опустил руку на ножны кинжала, – Но давай не будем об этом, хорошо?

Чародей понимающе кивнул и указал на закрытую дверь.

– Вот. Скорее всего, он прячется там – заперся на крепкий замок, зараза. Но не мне предстоит её взламывать, друг…

Но у Грегора был совершенно другой план – он лишь легко достал свой полуторный клинок из ножен и, чувствуя, как гнев вновь обуревает его, со всей силы ударил ногой в дверь. В следующее мгновение она слетела с ржавых петель и с грохотом упала на каменный пол, разбудив Олерона.

– D?-armachadh! – Олерон недоуменно взглянул на чародея, и, встретившись с ним взглядом, услышал его уверенный голос, – Ceangal!

И в следующее мгновение глава Незримых бессильно упал на колени, скованный магическими путами, и злобно посмотрел на Грегора, который безмятежно наблюдал за происходящим.

– Взял с собой своего дружка, потому что знал, что не справишься со мной, да!? – рявкнул он, брызгая слюной.

– Убить тебя один на один – это дело нескольких секунд, Олерон. Но я не хочу торопиться… – с хищной ухмылкой заметил наёмник, – Да и зачем? Ты ведь итак прекрасно знаешь, зачем я пришёл сюда, верно?

По спине Олерона побежали мурашки, и он громко закричал – по логову волной прокатилось эхо, но никакого отклика не последовало.

– Никто не придет, – Грегор медленным шагом начал приближаться к нему, – Твои посвящённые мертвы.

Глава Незримых попытался разорвать магические оковы, но тщетно – они лишь причиняли ему обжигающую боль, волной распространявшуюся по всему телу, – и через несколько секунд он дрожащим голосом воскликнул:

– Стой! Я прошу честный бой! Развяжите меня!

– А когда ты, последний из шестерки убийц, добил моего раненого и ослабленного учителя, ты думал о честном бое!?

На лице Олерона застыло неподдельное удивление, смешанное с ужасом.

– Откуда ты это знаешь? – спросил он, невольно округлив глаза.

– Я бы тебе объяснил, но ты меня всё равно не поймешь, – Грегор перехватил клинок в обе руки, подойдя к нему на расстояние одного шага, – Прощай, Олерон.

Наёмник ударил, высвободив весь накопившийся гнев, всю злобу и ненависть, которые переполняли его в этот момент, и в следующее мгновение голова его заклятого врага покатилась по каменному полу.