Академия крестных фей

– Вы ведь знаете, что я хотела как лучше! – торопливо проговорила я, понимая, что сейчас на меня обрушится яростная речь об очередной провальной работе. – Как только прознала о готовившемся отравлении, тут же поспешила создать противоядие!

– Благодаря которому королеве даже не пришлось нести падчерице отравленное яблоко, – укоризненно перебила леди Сальвия, – потому что крестная решила сделать всю грязную работу за нее!

– Это не так! Я, наоборот, хотела защитить и сделать все, чтобы яд мачехи не подействовал!

Выпалила и нервно закусила прядку собственных серебряных волос.

– И поэтому отравила сама?

– Зато она нашла настоящее счастье! – в который раз упрямо заявила в свое оправдание, до сих пор с ужасом вспоминая тот день, когда поняла, что случайно перепутала флаконы с зельем и дала своей подчиненной совсем не то, что нужно было.

– Василек!

Строгий голос заставил мгновенно выпрямиться, виновато захлопать своими прозрачными крылышками и повторно стыдливо опустить взгляд в пол.

Леди Сальвия была не просто главной феей и ректором славной академии Сказочного леса, а нашей наставницей, советчицей и родительницей, что всегда приходила на помощь, выслушивала и прощала. Особенно всего, что касалось меня, ведь своих родных я никогда не знала. Возможно, поэтому до последнего надеялась, что и в этот раз пронесет.

Пронесло. Из академии не исключили. Вместо этого отправили на край Нортвиля в не известную никому деревушку с неприметным названием Ивушки! Вот тебе и дипломная работа! Вот тебе и защита! Максимум, что светит какой-то простушке оттуда, – сын мельника! И то необходимо очень постараться, чтобы их поженить.

Только вот лимит доверия леди Сальвии ко мне был основательно исчерпан, поэтому рисковать и возмущаться в столь щекотливом положении я не рискнула.

– Василек, не криви носом, будь довольна тем, что дают! – легко догадалась о моих мыслях ректор.

– Так она же проснулась…

– Благодаря Маргаритке, которая оказалась смышленее всех и исказила слова проклятия!

– А чего они не пригласили меня на крестины? – с обидой напомнила я, вновь забывая, что в моей ситуации лучше всего молчать.