Спартанец: Спартанец. Великий царь. Удар в сердце

Походные эскулапы – Архелон и Эгор – колдовали над изувеченной рукой Плидистрата, с которой все еще капала кровь, смазав ее чем-то и соорудив повязку из тряпок. Потом занялись рукой Книда.

– Не повезло, – сплюнул Книд, поморщившись, глядя на обвисшую руку, кость из которой едва не вылезла наружу, – ну ничего, щедрые боги даровали мне целых две руки.

Когда эскулапы привязывали к сломанной руке дощечку, он испустил стон, но затем стиснул зубы, и больше ни одного звука не вырвалось наружу, пока они не обездвижили руку, примотав ее тряпкой к шее спартиата.

– Ну что, – поинтересовался Тарас, когда Деметрий закончил бормотать и встал, оглядываясь вокруг, – ты доволен? Погоня закончена?

– Я не уйду отсюда, Гисандр, – неожиданно заявил Деметрий, – пока илоты не будут наказаны. У меня есть приказ вырезать половину, если будут сопротивляться. И ты о нем знаешь. Если мы не накажем жестоко этих, то остальные поднимут восстание.

– И как же ты это собираешься сделать? – удивился Тарас, почуяв железную решимость командира агелы исполнить этот чудовищный приказ, о котором он, оказывается, был в курсе.

– Я уважаю богов, – ответил Деметрий, – и они разрешили мне наказать илотов сегодня.

– Ты хочешь ворваться в храм? – догадался ошеломленный Тарас.

Он, конечно, слышал о таких случаях, но обычно святотатство совершали чужеземцы над храмами ненавистных им богов. Тарас не мог представить, чтобы спартанцы, которые, как он читал, молились на своих богов, как никто из греков, были способны учинить резню даже в храме.

– Я их выманю оттуда, – ответил Деметрий, нахмурив брови, – пообещаю прощение.

– Думаешь, они тебе поверят? – усмехнулся Тарас, глядя то на окровавленные руки командира агелы, то на трупы илотов, разбросанные вокруг.

– А если не выйдут… – Деметрий помолчал, щурясь на солнце. – Посейдон простит нам эту маленькую шалость. Тем более что в море нам никогда не бывать[27 - В описываемый период спартанцам было запрещено служить моряками и сражаться на море.

И решившись, Деметрий в одиночку направился к воротам храма, у которых его встретили жрецы Посейдона. Поклонившись им и что-то сказав, он обратился к илотам, заполнившим двор и все еще не верившим в свое избавление. А затем вернулся назад.

– Что ты пообещал им? – спросил Тарас, едва командир агелы оказался рядом.