Спартанец. Племя равных

«Крепкий мужик, – подумал Гисандр, разглядывая мерцавшие звезды, – предпочел умереть за свою идею. Настоящий спартанец».

По небосводу над измученным бессонницей навархом были рассыпаны миллиарды звезд. Гисандр как-то поневоле стал вспоминать их названия, придуманные греками, и даже пытаться понять, что навело их на мысль назвать два обычных ковшика разных размеров Большой и Малой Медведицей. Но так и не понял.

Тогда ему вспомнился Коперник, первым из людей осознавший, что не Земля, а Солнце было неподвижным центром Вселенной.

И на этом основании просто объяснивший людям всю запутанность движения планет. Из-за Коперника ведь все и началось. «Ох, и накрыло меня», – подумал Гисандр, отгоняя воспоминания.

Впрочем, всем этим гениям еще только предстояло родиться и сделать свои открытия. Но и грекам, среди которых пребывал Гисандр, было чем гордиться. Чего стоил один только антикитерский механизм – первый в мире греческий компьютер. Тоже, впрочем, еще не возникший. До него оставалось еще примерно четыреста лет.

Этот механизм, похожий на часы и собранный из многочисленных шестеренок неизвестным мастером на Крите или в Сиракузах, показывал положение Солнца и Луны, определял затмения, а также рассчитывал даты важнейших греческих игр и празднеств. Среди которых были: олимпиады, Пифийские, Немейские даже Истмийские игры, проводившиеся на хорошо знакомом Гисандру перешейке Истм в честь самого Посейдона.

«Мне бы такой механизм, – подумал Гисандр, по привычке приспосабливая научные изобретения на военный лад, – да самого мастера.

И мои баллисты вскоре стали бы посылать заряды с берегов Эврота до самых Афин, а может, и еще дальше. Мы бы персов отогнали не то что за Гелеспонт, а до самой Индии».

Еще некоторое время Гисандр смотрел в ночное небо под мерный плеск волн. Представляя, как крохотный шар Земли несется сквозь бесконечное море звезд вместе со всеми людьми, помышляющими лишь о сиюминутных делах и обидах. А потом как-то незаметно отошел в объятия Морфея.

– Господин Гисандр! – услышал он сквозь зыбкий сон голос капитана триеры, который осторожно коснулся его плеча. – Прилив начался. Что прикажете делать?

Гисандр быстро открыл глаза и сел на своей подстилке. Некоторое время он смотрел на склонившегося над ним капитана, а потом резко встал. Потянулся, взмахнул руками, сделав несколько гимнастических упражнений, чтобы размять затекшие во время сна руки и ноги. И лишь затем шагнул к борту, чтобы осмотреться.