Цена свободы

Я достал плащ, хоть и лето на дворе, но в лесу, да еще и у воды, было сыро.

– И ты прямо тут собрался спать? – изумилась эльфийка, – А если я тебя того? Пока ты спать будешь.

– Если бы ты хотела меня того, – буркнул я, заворачиваясь в плотную ткань, – То еще с полчаса назад у меня в спине торчала бы стрела. Так что приглядывай, – я усмехнулся, – и мух отгоняй.

– Мух?! – ахнула девушка, а я кивнул.

– Когда солнце сползет на три пальца от зенита, разбуди, – не дожидаясь ответа, я уронил голову на траву и тут же счастливо провалился в сон.

Ру.

Похоже, я задремала, так как проснулась от того, что больно приложилась лбом о ветку. И даже не удивительно. Эта псина, все еще сторожила меня. Я чихнула, и тут же снизу долетело сдавленное рычание. В носу нещадно свербело, прогулка по воде не прошла мне даром. Руки и спина затекли, и ныли. Я выругалась, кляня всех святых, и особенно этого монаха в желтом. Думая, что нафига он мне вообще попался? Сидела бы себе в замке, дулась на отца и ела вкусняшки.

– Полкан? Полкан! – позвал женский голос, – Кого ты тут поймал? Белку?

Женщина подошла к дереву и удивленно подняла одежду, сложенную там псом.

– Похоже, не белка, – резюмировала она и крикнула уже мне, – Эй, кто там? А ну слезай!

Я сильнее схватилась за ветку и сжала губы. Ага, конечно, вот так я и послушалась.

– Хм, – снова раздалось снизу, – Ну ладно, поверю, что там нет никого. Полкан, идем.

Собака еще разок грозно рыкнула, но пошла вместе с хозяйкой голоса. Я облегченно выдохнула и чуть разжала руки, надо бы слезать. Я сдвинула ногу и….

Грохнулась вниз, пересчитывая ветки. Попыталась встать, но ноги, впрочем, как и руки, отказывались меня слушаться, вызывая дикую боль в попытках, все же, ими воспользоваться. Я снова выругалась. Неужели я так вот и умру?

Шаги вернулись, и я с трудом повернула голову.

– А вот и наша белка! – удовлетворенно усмехнулась женщина.

Я попробовала резко встать, и от боли у меня в глазах потемнело.

А когда вновь прояснилось, темно было уже вокруг. Ярко горел костер, а я была завернута в большой, теплый плащ. Остро захотелось заплакать, но вместо этого я закашляла, а тело мелко затрясло. Проникающее тепло причиняло боль, похоже, я сильно окоченела.

– Очнулся, ушастый? – спросила женщина, сидящая напротив меня, – Тогда вставай, а то и баня тебе не поможет.

– Баня? – хрипло выдавила я.