Этот мир – мой. Часть II

Гильдии частенько устраивали между собой войны, случались и осады. И наемника с карманной артиллерией многие бы хотели получить. Но, увы, мой бизнес-план не успев оформится даже в зародыше, был нещадно задушен один тираном.

– Ру, ты чего такая хмурая, дома же скоро будем, ребят увидим, – сказал этот шагающий рядом сатрап.

– Не хмурая я, просто…, – я замолчала, подбирая нужные слова, – в общем, нормально все.

– Ну, ну, – скептически покачал Риз головой, – почти верю.

Вот же, ещё и издевается. Пускай он в очередной раз и прав был с этим перевесом, но мог бы и прихватить мне арбалетик.

– Верю, не верю, – мне точно не хотелось играть в ромашку, – лучше скажи какой у нас план?

– План? – он нахмурился, – да нет у нас плана как такового. Пробиваемся на север, находим водопад и сигаем в него, должны дома оказаться.

– И это твой план? – законно возмутилась я, – вообще ничего не понятно. Что за водопад и через что пробиваемся?

– Да без понятия я, за что купил за то и продаю.

Ответил он очень раздраженно, а значит и сам ничего толком не знал.

Рядом раздались шаги нескольких человек и негромкие голоса.

– Ален, может, все-таки не стоит? Отец будет недоволен.

– Боишься? Откуда он узнает? Если ты, конечно, не скажешь, – ответил Ален брату, если я не перепутала голос.

– За кого ты меня принимаешь? – возмутился Кален, – я и не думал ничего подобного.

– Вот и отлично,– обрадовался бог, – а вы с нами?

– Точно нет, – узнала я голос Кассандры, – не понимаю, чего вы к нему прицепились? Всё равно ему не стать нам ровней, а отец всё равно узнает, он всегда всё узнает.

– Этот смертный должен быть наказан, – взъярился её светлый брат, – никто ещё не смел меня так оскорблять.

– Привыкай, – хохотнула Кассандра, – он первый, но думаю далеко не последний. Удачи вам, я лично пойду исполнять поручение отца.

– Боишься? – надменно спросил бог, – сразу так бы и сказала.

Голос богини похолодел:

– Да боюсь. Один раз я уже провинилась, и стала тем, кем стала. И всё это его волей. Не хочу, чтобы стало ещё хуже, хотя куда уж хуже, чем царствовать над мертвецами.

Цокот её каблуков стал удаляться.

– А она права, отец не станет прощать тех, кто нарушит его волю, – поддержал слова сестры Кален.

– Амелия, ты то с нами? – послышался голос светлого бога.