Этот мир – мой. Часть II

– Это вы хорошо сидите, – зло бросил я, – а ей здесь совсем не место. Я посмотрел на спящую Ру и тяжело вздохнул, – и я абсолютно не знаю, как вернуть её домой.

Амоса просить бесполезно, а других вариантов я не нашел. Опустошив очередную посуду, я уткнулся головой в стол. Был, конечно, вариант с Аленом, но это уж совсем на тоненького.

– Э-э, командир, так может, ты ему скажешь? – проблеял Стефан, – видишь, парень совсем извелся.

– Да мне потом голову снимут, прикрутят обратно, и снова отвинтят, – ответил бог.

Я поднял голову и посмотрел на боевых товарищей.

– Ну, хочешь, я скажу? – не отступился от своей идеи Стефан, – Мне-то терять нечего.

– Жизнь, например? – попытался отговорить его бог.

Сатир отмахнулся от подобного:

– Это не жизнь, а скука смертная. Ни тебе хорошей драки, ни весёлой попойки. Знал бы, никогда не согласился бы на это.

– Это что типа я виноват, что ли?! – возмутился Тиран.

– Да не виноват ты ни в чем командир, сам же я согласился, хотел ещё под твоим командованием походить, а оказался тут.

– Сам посуди, для меня же такая жизнь тихая хуже преисподней, – продолжил Стефан.

Бог налил себе в большую кружку вина и выпил одним глотком. На его лице четко высветилась вина за то, что он не понял, о чем мечтал его боевой товарищ.

– А так, расскажу ему и сделаю правильное дело, а если меня за это уничтожат, то так тому и быть. Но без боя я не сдамся,– сатир громко стукнул пустой кружкой о стол. Мы все вместе резко оглянулись на спящую Ру, но она только повернулась на другой бог, – Да, ты и сам же хочешь им помочь, но чего-то боишься,– сбавил обороты сатир.

Бог задумался, и думал довольно долго. Потом снова опустошил свою кружку, вытер губы рукавом и сказал.

– Хорошо, чему быть того не миновать, сделаем это, – Сатир было уже обрадовался, но Тиран перебил его, – не надо, я сам всё расскажу, а ты молчи. Выживу, верну тебя в мир живых и мы еще повоюем.

– Командир…, – было, возмутился Стефан, но был жестко остановлен.

– Я сказал!! – похоже, в гуляке воине проснулся настоящий бог, – Думаете я такой вот из себя весь, бесстрашный, смелый, воинственный? Нет.

– Так, погоди командир, ты же против самого Амоса выступил, и только из-за того что тебя предали, проиграл, – вставил слово Стефан.

– Ложь это, всё ложь, и придумана она братом для обычных людей. Вот добро и зло.