Бесконечные отражения

Я лишь покачал головой, на такую самоуверенность, и потянулся за сумкой. Нож тут же уперся мне в лицо.

– Эй, ты чего это? – настороженно спросила она.

– Сама же сказала, что еды нет, – пожал я плечами, продолжая развязывать узел и не обращая внимания на нож, – А я голодный.

В её глазах засверкало любопытство, нож дрогнул и исчез. Я усмехнулся, доставая из сумки хлеб и сверток бумаги. Она дернула носом и с удивлением глянула на меня.

– Бери, бери, – я придвинул к ней сверток, разворачивая. Там был кусок шоколада.

– Правда, можно?

– Можно, – очень серьёзно кивнул я. Девочка взяла маленький кусочек и положила в рот, тут же расплываясь в довольной улыбке, – И дрова тащи.

– Дрова? – переспросила она испуганно и замотала головой, – Дрова нельзя сейчас.

Я многозначительно обвел комнату, в которой стало заметно темнее. Солнце почти село. Она грустно вздохнула и снова закусила губу, потом посмотрела на шоколад, и вдруг встрепенулась.

– Я сейчас! Не уходи, – крикнула она, и выскочила за дверь, та с тихим шуршанием вернулась на место.

– Да вроде не собирался, – шепнул я в пустоту комнаты и подумал, что ведь так оно и есть. И дело не в том, что идти было некуда, а именно что не хотелось.

Ру.

Странный человек, а теперь и мой гость остался в доме. Мне следовало бы его бояться, но вот чего не было, того не было. Так что я решила не заморачиваться по этому поводу, а просто принять, что оно вот так.

Печь, действительно, нельзя было разжигать. Мать сказала, что и так тепло, а дым может привлечь ненужное внимание. Меня саму темнота не смущала, но вдвоем сидеть в потемках было странно, и я вспомнила, что видела в саду светлячков. Иногда, с соседскими детьми, мы собирали их в банки и прятались в подвале. Особенно было хорошо в Митькином, его родители торговали мочёными яблоками. Вспомнив их вкус, я непроизвольно облизнулась. А почему бы и нет? Митька с семьей уже ушли в тайный поселок, у них недавно ребенок родился, так что их отправили одними из первых.

Насобирав светлячков, я шустро проскользнула в дырку на соседний двор. Подвал, к моей радости, был не заперт. Спустившись по узкой лестнице, я огляделась и печально вздохнула. Было очень пусто, ни тебе банок, ни яблок. Пошарив по ларям, я нашла кусок сала и небольшую головку старого сыра.