Битва на Калке

– Ты, чудак-человек, воевода бает, огонь сотворить умеешь? – вопросил князь, подбоченясь.

– Ну, огонь вряд ли, великий княже, зажигалку потерял, – посетовал на судьбу Григорий, – а свет могу при случае, пока батарейки не сели. На то лучше ночью смотреть.

– Не Великий я пока, – заметил князь, ухмыльнувшись, – Черниговским княжеством покамест управляю. А то ты не знал? А ли мысли мои читаешь?

Забубенный дипломатично промолчал.

– А звать то тебя как, человече?

– Григорий Забубенный, – ответил механик как на духу, – так в паспорте и записано.

Князь прошелся взад-вперед вдоль стола, задумчиво теребя бороду, и снова обернулся к стоявшему перед ним Забубенному.

– Откудова?

– В смысле, где родился? – переспросил Григорий, – ну, ясно где, в Питере. То бишь на берегах моря северного.

– Говорил, новогородский он, – вставил слово воевода.

– Новгородский? – подивился князь, – а чего ж тебе не сидится в вольном городе, среди бояр своенравных? У вас ведь там, народ привык к безобразиям, – что хочу, то и ворочу.

– Оно верно, в принципе, – кивнул Забубенный, – ну, там город-государство, свобода, республика, вся власть боярам, хлеб рабочим и так далее. Но я, как новгородец и человек вольный решил немного попутешествовать, мир посмотреть, себя показать. Шел себе лесом, да заблудился, а тут как раз ваши люди подоспели. Спасли меня, обогрели и в Чернигов ехать предложили. (Сказав это, Григорий покосился на подпиравшего косяк воеводу, тот, услышав слова эти, только усмехнулся молча).

Ну, а я думаю, отчего б не поехать, Чернигов город известный. Туристический центр Руси, можно сказать. Ну, вот и решил принять приглашение воеводы вашего. А по дороге во время ночлега на нас бандиты напали, крутые пацаны с саблями, а я их фонариком, то бишь лучом света среди ночи и пугнул. Спас, значит, ваше воинство от нападения.

– Ага, – кивнул князь, – Путята говорил, что повстречались вы, когда ты там, в лесу девку какую-то пощупать захотел.

– Я? – делано удивился механик, – побойтесь бога, великий княже.

Зачем мне девок по лесам щупать? Я уж воеводе все разъяснил. Наговор это.

– Понятно зачем, – усмехнулся князь, пропустив мимо ушей последние слова, и сладострастно потирая руки, – я сам иной раз люблю…это…ну, значит, воевода не сбрехал, насчет света ночного? Хорошо, это мы скоро проверим.

Мстислав сел на лавку, на которой недавно дремал усталый механик.

– Путешествовать, значит любишь.