Битва на Калке

Вспомнив новых знакомых, которые видно с перепою расхаживали в одеждах древних русичей, Забубенный загрустил. Зачем они пристукнули его и приволокли сюда, вот вопрос? Лежишь так один в сарае со связанными руками, а вокруг тебя бегают какие-то шизики с копьями и еще неизвестно чего от тебя добиваются. Надо сматываться, да побыстрее.

Григорий снова перекатился на живот и встал на колени, спиной к дверям, благо ноги у него были не связаны. В этот момент дверь в сарай со скрипом отворилась, и послышались тяжелые шаги, приглушенные земляным полом.

– Что, половчанин, помолиться решил своим степным богам? – Раздался за спиной Забубенного зычный голос, заставивший механика вздрогнуть.

Голова у механика болела, напоминая о недавнем происшествии, но способность ериничать уже к нему вернулась. А что еще оставалось в таком положении. Механик, как смог, развернулся к вошедшим и привалился спиной к стене сарая.

– Извиняться пришли? – поинтересовался он.

Дружинники переглянулись, а потом дружно расхохотались. Отсмеявшись, один из них ответил:

– Да ты не робкого десятка, как я погляжу. А извиняться тебе придется, паря, если виноват окажешься. Вставай, воевода тебя ждет. Судить будет.

Забубенный вздрогнул. Уже и судить собираются, а потом наверняка распнут. Точно маньяки на сходке. Сектанты. Ну, ерничать, – решил Забубенный, – так до конца.

– А вы, мужики, с какой киностудии сбежали?

– Вставай, – не обращая внимания на реплику механика, сказал один из ратников, черноусый и чернобородый детина, – воевода ждать не любит.

– Это за что же? – деланно удивился Забубенный, хотя сильно догадывался, за что с него хотят спросить, – За то, что в вашем лесу грибы без спроса собирал, что ли? Так я все верну на место.

– Не об том речь, – отмахнулся черноусый. Слегка нагнувшись, он схватил пленника за ворот камуфляжной куртки и одной рукой приподнял Забубенного, поставив на ноги, – Пойдем, непонятный человек.

И подтолкнул механика к низкой перекошенной дверке, открытой наружу. Григорий нехотя подчинился.

Снаружи стояла отличная солнечная погода. Время уже за полдень было, судя по солнцу: часы свои Григорий потерял в драке с Никодимом. Сарай стоял на отшибе селения, которое можно было окинуть одним взглядом, – пяток дворов с сараюшками. Около центрального двора толпилось сейчас десятка два человек, видно, его дожидались.