Непридуманные истории Мавридики и её друзей

– А это?

– А это трактор, папочка…

– А это кто?

– Это Пашка, папочка, твой сын, мой старший брат.

– Здорово, бать, что, не легче?

– Сыыын.

– Ага, я сын твой, любимый, ты мне всегда бензин по пятницам давал, по пять… по десять литров… А по субботам мотоцикл свой… обещал дать…

– Не верь ему, папочка, врёт он. Ничего ты ему не давал. Ух, Пашка.

– Не помню, – говорит Василий, – ничего не помню…

Галя заметила, что полочка прибита, половица на крыльце, что поднималась всегда, вдруг оказалась приколоченной.

– Галя, а почему у меня беспорядок такой во дворе?

– Не знаю, Вася… ты работал всё… Некогда было…

А теперь предыстория

– Галя, ну что ты кричишь, как сумасшедшая! Ну кто тебе опять чего наговорил?

Василий бегал по двору от разъярённой Галины, которой рассказали, что видели мужчину, подозрительно похожего на Василия, во дворе у Алки Дудкиной, которой космы уже Галина трепала, было дело.

– Галя, да я… Да что ты, милая? Я только тебя люблю, Галя!

– Мамочка, – плачет Викуся, папина любимица, последушек, – мамочка, не бей папку, он хороший!

– Хороший? Хоррроший! Заступница выискалась, вот и катись со своим папкой хорошим, – кричит рассвирепевшая Галя, – катись, к новой мамке-то, посмотрю, как с мачехой живётся, пусть она тебе косички-то и плетёт, платья шьёт.

– Мамочка, – плачет Вика, – мамочка не выгоняй меня, уууу.

– Мамка, ты чё тут устроила, – выходит из дома Пашка, – что совсем уже? Викуся, иди сюда, бать, а ты тоже хорош.

– Что? Что ты сказал, ах ты засранец, я вот сейчас ремень…

– Сиди, ремень он возьмёт, тоже мне, Паш, забери Викусю.

Плачет Вика, ругается мамка, божится батя.

– Вика, а пойдём до бабули, – говорит Пашка.

– Не пойдуууу, уууу.

– Да отчего же?

– Пока будем ходить, мамка папку выгонит и меня заодно… Ууууу…

– Да скажешь тоже, идём, Викусь, мамка с папкой быстрее без нас помирятся.

– А папку? – спрашивает Викуся, вытирая слёзы. – Папку выгонит, уууу…

– И папку не выгонит, так, погоняет для вида.

Когда дети вернулись от бабушки, дома стояла тишина.

По ограде валялись кружки, стаканы, сковородки, были разбросаны ещё какие-то вещи, дома никого не было.

Потом пришла злая мамка, спросила про того паразита.