Критерий Лейбница

Эти типы казались действительно из полиции, и они не тронули ни одного волоса на его голове, потому он откинулся на спинку в ожидании окончания этой поездки. Ему было ужасно любопытно, но в то же время он был очень обеспокоен, потому что он мог даже представить, что эти люди хотели от него.

Как бы то ни было, он скоро это узнает. Они уже въезжали в Манчестер, а его машина по-прежнему следовала сзади, словно была привязана стальным тросом. Мужчина, сидящий сбоку, опустил занавески на окнах, но в этот раз это была еще более плотная штора, из-за которой за окном не было видно, где именно они проезжали.

Он опустил даже козырек от солнца на заднем стекле, и теперь окружающий пейзаж стал полностью невидимым. МакКинток не знал, где они едут, хотя знал Манчестер, как свои пять пальцев.

Минут через двадцать машина остановилась.

Мужчина вышел из машины и открыл перед ним дверь.

– Выходи, – сухо сказал он.

МакКинток нерешительно вышел, оказавшись в каком-то подземном помещении с цементными хорошо армированными стенами.

Помещение освещалось лишь несколькими лампами, размещенными на стенах. Его машина была припаркована рядом, и водитель закрыл ее с помощью неизвестного странного черного пульта. Его взяли под локти, но он сделал им знак, что готов к сотрудничеству.

Один из мужчин кивнул, потому они пошли рядом с ним до поломанного лифта на противоположной стене. МакКинток и трое других мужчин вошли в кабину, и один из них нажал на белую кнопку без номера. Другие кнопки тоже не имели номеров.

«Какой странный лифт», – подумал МакКинток.

После короткого подъема дверь отворилась, и они вышли в грязный коридор. Грязный в том смысле, что стены были покрыты плесенью. Вдоль них стояли скрипучие сиденья с, как показалось МакКинтоку, какими-то странными темными красными пятнами. Некоторые казались практически отпечатками рук, будто кто-то, истекающий кровью, прислонялся к стене, запачкав ее. Он надеялся, что неправильно понял эту картину, в то время как вся компания остановилась напротив белой деревянной двери, разбитой и грязной, как и стены.

Один из трех мужчин открыл ее и провел его внутрь, заставив сесть на один из сломанных стульев около стола, который видел лучшие времена.

Мужчина закрыл за собой дверь и сел на стул рядом. Двое других остались в коридоре. Тот, что остался, был тем самым, кто ехал с ним в машине.

– Что это за место? Куда вы привезли меня? – сухо спросил МакКинток. Он был привычен к более ухоженным местам.